Бывший член Совета Федерации Магомед Магомедов заявил, что не общается с братом, Зиявудином Магомедовым, с конца 2014 года. Братья не поддерживают связь «ни по телефону, ни по переписке», заявил экс-сенатор в ходе слушаний в Московском городском суде, где рассматривалась жалоба на арест фигурантов уголовного дела о хищениях в группе «Сумма» Зиявудина Магомедова, передает корреспондент РБК. Но за несколько недель до задержания Зиявудин предупредил брата об интересе правоохранительных органов к «Сумме», впрочем, Магомед Магомедов об этом уже знал.
«Мне приписывается ключевая роль в иерархии некоего организованного преступного сообщества вместе с моим родным братом. Хочу сказать нечто, что немногие знают, но порядка 30–40 человек могут подтвердить: с конца 2014 года я, к сожалению, вообще не общался с братом. Ни по телефону, ни по переписке, никак. Единственный период, когда мы встречались, — было четыре-пять встреч в середине 2016 года, когда мы конкретизировали мой выход из строительного блока «Суммы», — рассказал подозреваемый.
«Мой родственник — достаточно успешный бизнесмен, но у него был один жутко неудачный бизнес — тот самый строительный блок. Мы с ним расстались не потому, что он что-то оттуда выводил, а потому, что мне не нравились пути выхода из проблем, которые он выбрал. Его политика была ошибочна, а ошибки иногда бывают хуже преступлений. Он постоянно вбрасывал туда деньги. Я же считал, что эту тему надо закрывать и продавать эти компании либо сливаться с кем-то», — рассказал Магомедов.
В следующий раз братья встретились только в марте 2018-го в офисе «Транснефти», рассказал Магомедов: «У нас остался один общий актив — Новороссийский морской торговый порт. Мы там оба акционеры. Его приняли решение продать. Я не участвовал в этом переговорном процессе, однако наш партнер сказал, что требуется мое присутствие, потому что надо подписывать бумаги. И я приезжал на несколько встреч».
«Тогда он мне сказал, и для меня это не было никаким секретом (у меня тоже есть возможность получать информацию из правоохранительных органов), что есть интерес правоохранительных органов к этим компаниям [строительному блоку], — уточнил Магомедов. — Он сказал мне, почему не считает это уголовкой, потому что каждая из этих сделок доведена до логического завершения и если есть ущерб, то он готов его закрывать. И все эти сооружения построены. Калининградский стадион функционирует и, как я слышал на днях по радио, торжественно открылся».
Из всех фигурантов дела о хищениях Магомедов помимо своего брата знаком только с бывшим гендиректором компании «Глобалэлектросервис» Эльдаром Нагапловым, заявил он. «Глобалэлектросервис» входил в «Сумму» и упоминается в ряде эпизодов уголовного дела. По словам Магомедова, именно со счетов этой компании братья перечисляли средства на благотворительные нужды: восстановление Свято-Даниловского монастыря, Кронштадтского собора, реконструкцию Большого театра и прочие проекты. «Мы потратили в несколько раз больше той суммы, которая приписывается нам как похищенная. Там были проекты, в которых у меня были обязательства перед глубоко уважаемыми мной людьми, это первые лица государства. А теперь нам вменяется, что мы выводили из этой компании деньги», — закончил подозреваемый.
Братья Зиявудин и Магомед Магомедовы были задержаны 31 марта, а затем арестованы по подозрению в создании преступной группы, мошенничестве и растрате. Им инкриминируют хищение из федерального и регионального бюджетов в общей сложности 2,5 млрд руб. В понедельник, 16 апреля, суд оставил в силе решение об аресте Зиявудина и Магомеда Магомедовых. До 30 мая они будут находиться в СИЗО. Еще одним фигурантом дела является глава компании «Интекс», входящей в группу «Сумма», Артур Максидов. Решением Мосгорсуда он также был оставлен под арестом.
Один из братьев Магомедовых отказался от родственных связей перед лицом закона
Совладелец группы «Сумма» Магомед Магомедов считает неправильным обвинение в свой адрес в участии в организованном преступном сообществе. По его словам, он практически не общался с братом Зиявудином Магомедовым с 2014 года.