Председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко активнее, чем председатель Госдумы Вячеслав Володин. Она одной из первых среди высокопоставленных политиков прокомментировала антикоррупционные митинги, организованные 26 марта Алексеем Навальным: власть должна реагировать на протесты и вести диалог с гражданами, чтобы понимать, почему они протестуют. Матвиенко – в отличие от пресс-секретаря президента Дмитрия Пескова и замминистра иностранных дел Сергея Рябкова – согласилась с критикой в адрес заместителя постпреда России при ООН Владимира Сафронкова за его резкие высказывания; на Совете законодателей она отчитала Роскомнадзор за бездействие в борьбе с «группами смерти» в соцсетях. А когда в Совете Федерации с ежегодным докладом выступал генпрокурор Юрий Чайка, Матвиенко поддержала прокуратуру в споре со Следственным комитетом России – предложила подумать о расширении полномочий прокуроров в надзоре за следствием.
Рейтинг одобрения Совета Федерации, по данным ВЦИОМа, в последние три месяца заметно увеличился и превысил рейтинг Госдумы, а медиаиндекс самой Матвиенко, рассчитанный по просьбе «Ведомостей» в «Медиалогии» (количество и качество упоминаний в СМИ), с сентября 2016 г. вырос почти вдвое и она обогнала Володина (см. график).
Володин совершает ответные шаги. Например, на Совете законодателей он поблагодарил президента за поддержку своей инициативы создать Центр законотворчества, чтобы помочь депутатам, членам Совета Федерации и региональным парламентам в законотворческой деятельности. Близкие к руководству Думы люди тогда указали, что эта идея с Матвиенко заранее обсуждена не была. Обсуждений не было, комментировать нечего, подтверждает человек, близкий к руководству Совета Федерации.
В продвижении инициатив государственной важности у Госдумы случаются сбои: к примеру, в апреле лидеры всех фракций внесли было поправки о лишении террористов российского гражданства, но были вынуждены их отозвать и внести исправленную версию. Собеседники в администрации объяснили, что Володин проявил инициативу, хотя в Кремле уже лежала более юридически корректная версия государственно-правового управления (ГПУ) президента, которую потом и внесли как исправленную. Думские собеседники настаивают, что это старые поправки из пакета депутата Ирины Яровой и оба текста писались в Думе.
К законопроектам сенаторов в Госдуме всегда было непростое отношение, напоминает сотрудник думского аппарата: «У Клишаса не было проблем, а вот у [Валерия] Рязанского не все проходило на ура». К проходным инициативам сенаторов до внесения часто присоединялись статусные депутаты, продолжает аппаратчик, в новом созыве Думы, например, инициативы сенатора Сергея Лисовского останавливают на уровне идей.
По данным думской базы, в шестом созыве были приняты 167 из 496 (33,6%) проектов сенаторов, приводит статистику другой думский аппаратчик, в нынешнем, седьмом, – всего 12 из 109 (11%), хотя обычно от сенаторов принимается 20–30% проектов. Многие сенаторы стали тщательнее готовить проекты и активнее их сопровождать, знает еще один сотрудник думского аппарата.
Матвиенко – системный человек и администрации президента лучше работается с ней, Володин в последнее время ведет себя непредсказуемо, говорит федеральный чиновник. Собеседник, близкий к администрации, отрицает системное использование Совета Федерации руководством внутриполитического блока Кремля для своих инициатив, но соглашается, что такие случаи были. Человек, близкий к думскому руководству, уверен, что таково право администрации, и подчеркивает хорошие отношения Володина и Матвиенко.
Матвиенко улавливает повестку и пытается ее использовать, считает собеседник в Госдуме, избирательные поправки внесены через Клишаса потому, что так удобнее технически: «Раньше еще использовали [бывшего председателя комитета Думы по госстроительству] Владимира Плигина, но сейчас его в Думе нет. С Думой стало менее удобно работать, внести законопроекты через депутатов сложнее, сейчас это не приветствуется». Если ГПУ продолжит действовать через сенаторов, Матвиенко постарается это использовать, полагает собеседник. Администрации легче выходить с темами через Совет Федерации, потому что Госдума теперь ей неподконтрольна, нужно учиться договариваться, считает еще один собеседник в Госдуме.
Администрация всегда влияла и на Думу, и на Совет Федерации, говорит политолог Андрей Колядин: «Нынешняя ситуация не нова, система возвращается к той, что была, а при Володине Совет Федерации был этаким секретариатом, который лишь носил бумажки».
Совет Федерации и лично Матвиенко сильно активизировались, согласен политолог Константин Калачев, для администрации это удобный партнер, но роли и влияния Думы это нисколько не уменьшает: «Наоборот, это подтверждает, что у администрации нет влияния на Госдуму. Роль играет и комфортность личных отношений».