Алюминиевый огурец. Олег Дерипаска — продавец года по версии Forbes

«Это же небожители, космонавты! — возмущался владелец «Базового элемента» Олег Дерипаска, после того как Банк России в декабре 2014 года повысил ключевую ставку до 17% годовых. — Если будет новая российская станция создана, проще Центральный банк... отгрузить туда... у них будет более приближенный взгляд на нашу экономику из космоса».

Компании Дерипаски обременены огромными долгами, и миллиардер регулярно критикует ЦБ за жесткую денежно-кредитную политику. В конце 2016 года и у Банка России появились претензии к бизнесмену: ЦБ подал в суд на Тельмамскую ГЭС (структура «Евросибэнерго», объединяющей энергетические активы Дерипаски). Причиной стала покупка Тельмамской ГЭС 40% крупнейшей энергокомпании Сибири «Иркутскэнерго» у «Интер РАО». Структурам Дерипаски до этого принадлежало 50% компании, и бизнесмен давно хотел избавиться от акционера, с которым несколько лет находился в состоянии корпоративного конфликта. В июне 2016-го «Интер РАО» согласилась продать пакет, но с существенной премией: на бирже акции «Иркутскэнерго» стоили не более 20 рублей, сделку провели из расчета 36,45 рубля за бумагу.

Выкупив пакет «Интер РАО» за 70 млрд рублей, структуры Дерипаски увеличили долю в «Иркутскэнерго» до 90% и должны были в 35-дневный срок выставить оферту миноритарным акционерам, но не сделали этого. И ЦБ через суд пытался заставить Тельмамскую ГЭС выставить оферту. В июне 2017 года миноритарии все-таки получили предложение продать свои акции по 17,42 рубля (средневзвешенной цене за последние полгода). ЦБ отозвал иск. Оферту приняли владельцы только 0,75% «Иркутскэнерго», получив порядка 620 млн рублей.

Консолидация «Иркутскэнерго» стала для Дерипаски решающим шагом на пути к IPO его холдинга En+ Group, объединяющего производителей электроэнергии и алюминиевые заводы «Русала». В августе 2017 года, когда подготовка к IPO шла полным ходом, на Лондонскую фондовую биржу пришло письмо от российской Ассоциации профессиональных инвесторов. Ассоциация обвинила Тельмамскую ГЭС в занижении цены выкупа акций «Иркутскэнерго» почти вдвое и просила биржу сообщить об этом инвесторам. И тем не менее в начале ноября 2017 года En+ провела крупнейшее за последние пять лет российское IPO в Лондоне, продав депозитарные расписки на $1,5 млрд. Компанию оценили в $8 млрд.

По итогам IPO доля Олега Дерипаски в En+ составила 66,1%. Еще 11,4% принадлежат членам его семьи, кому именно, в En+ не раскрывают. В меморандуме к IPO собственником 6,9% указана жена Дерипаски Полина, этот пакет стоит на бирже $450 млн. Состояние Дерипаски Forbes оценивает в $6,7 млрд.

Китайские партнеры

Половину выпуска в Лондоне выкупили два инвестора: AnAn Group (структура китайского энерготрейдера CEFC) и Суверенный фонд Катара (QIA) — на $500 млн и $250 млн соответственно. Пакеты поменьше приобрела американская Capital Group ($125 млн) и Российский фонд прямых инвестиций ($50 млн). Источник Forbes, знакомый с процессом подготовки IPO, рассказал Forbes, что с катарцами Дерипаску познакомил глава РФПИ Кирилл Дмитриев, у его фонда есть договоренности с QIA о совместных инвестициях в Россию на $2 млрд. «Политическая составляющая выхода En+ на Лондонскую фондовую биржу очень велика», — полагает аналитик и независимый консультант Янина Кутовая.

«Популярная конструкция: вроде проводишь IPO, но заранее договорился со всеми покупателями, и рыночные инвесторы тебе не так уж важны», — комментирует размещения En+ менеджер одной из российских инвесткомпаний. Примерно по такой же схеме прошла приватизация «Роснефти» в декабре 2016 года. Тогда тот же самый катарский фонд QIA вместе с трейдером Glencore купили на бридж-кредит от ВТБ 19,5% «Роснефти», а в сентябре 2017 года договорились продать 14,16% той же китайской CEFC. «Не исключаю, что это была пакетная сделка: Glencore продала акции «Роснефти» при условии, что китайская сторона инвестирует в En+», — говорит Кутовая. Переговоры о выдаче кредита на покупку пакета «Роснефти» CEFC ведет с ВТБ. Банк, владеющий 3,8% En+, мог профинансировать и участие трейдера в лондонском IPO: после размещения в залоге у ВТБ появился пакет 6,25% En+, соответствующий доле AnAn Group.

Половину выпуска En+ выкупили китайский энерготрейдер CEFC и Суверенный фонд Катар, участвовавшие в приватизации «Роснефти»Половину выпуска En+ выкупили китайский энерготрейдер CEFC и Суверенный фонд Катар, участвовавшие в приватизации «Роснефти»Фото Getty Images

На долю Китая приходится около 55% мирового производства алюминия, местные производители — конкуренты «Русала», но и союзники. В марте 2017-го китайские власти объявили о закрытии наиболее вредных для экологии алюминиевых производств. К октябрю цены на алюминий достигли $2100 за тонну — максимум с 2013 года. До этого «Русал» поддержала девальвация рубля: в 2015 году выручка «Русала» в рублях взлетела на 47%, до 532,2 млрд рублей, компания впервые с 2008 года начала выплачивать дивиденды.

Глобальный дефицит на рынке первичного алюминия до 2021 года «Русал» оценивает в 1–2 млн т. И если с 2013-го топ-менеджеры Дерипаски объявляли о закрытии нерентабельных производств, то теперь «Русал» готовится реанимировать Тайшетский алюминиевый завод (ТаАЗ). Проект с годовой мощностью до 750 000 т был запущен еще в 2007 году, в кризис стройку пришлось заморозить. В En+ сообщили Forbes, что проект уже построен на 60%, в него вложено $800 млн, для запуска первой очереди мощностью 430 000 т требуется еще около $700 млн. В финансировании проекта заинтересованы госбанки, ВЭБ рассматривает возможность участия в синдицированном кредите до $1 млрд вместе со Сбербанком и Газпромбанком. В сентябре 2017 года предварительное участие в строительстве ТаАЗа в качестве 50%-го партнера одобрил совет директоров «РусГидро», эта компания вместе с «Русалом» уже построила Богучанскую ГЭС и Богучанский алюминиевый завод.

Друг и должник

«Олег Владимирович — мой друг и очень хороший давний клиент, но лишение его доступа к рынку капитала — это благо для него. Потому что сколько денег ему ни дай, он все их куда-то употребит», — шутливо говорил в 2015 году про Дерипаску глава ВТБ Андрей Костин.

Как и другой металлург с большими амбициями, глава «Мечела» Игорь Зюзин, Дерипаска в свое время чуть не потерял бизнес из-за долгов. В 2008 году он выкупил 25% плюс одна акция ГМК «Норильский никель» у Михаила Прохорова за $4,5 млрд наличными и 14% «Русала». Сделку финансировали иностранные банки. Дерипаска планировал объединить «Русал» и «Норникель». Кризис спутал планы: вместо глобального игрока, производящего никель, алюминий и платину, Дерипаска получил бесконечные переговоры с кредиторами и корпоративную войну с основным владельцем «Норильского никеля» Владимиром Потаниным. Наиболее острой темой были дивиденды «Норникеля»: «Русал» с долгом $14 млрд в 2008 году настаивал, чтобы выплаты акционерам были максимальными. И только в конце 2012 года при посредничестве Романа Абрамовича Дерипаска и Потанин подписали мировое акционерное соглашение. По оценкам Михаила Борисова, управляющего активами Leon family office, за последние восемь лет «Русал» получил от «Норникеля» дивиденды в размере $4,1 млрд. Аналитик АКРА Максим Худалов считает, что «Русал» впредь может рассчитывать на $600–700 млн дивидендов в год.

Перед IPO долговые обязательства En+ составляли $13,8 млрд, на «Русал» приходилось $8,3 млрд. Сразу после размещения группа сократила долги энергетического подразделения, досрочно погасив кредит ВТБ на $943 млн. К 2020 году планируется сократить валовый долг «Русала» до $7 млрд. Вице-президент Райффайзенбанка Ирина Ализаровская отмечает, что «Русал» сам начал выплачивать дивиденды, весной 2017 года договорившись с банками об отмене механизма cash swap: при отношении чистого долга к EBITDA выше трех все денежные средства, кроме необходимых расходов и остатка на счетах в размере $300 млн, направлялись кредиторам.

Так ли безоблачно будущее En+? В сентябре Китай объявил о готовности прокредитовать Гвинею на $20 млрд в обмен на концессии в добыче алюминия. «Что произойдет с ценами на алюминий, когда на рынке появится продукция из Гвинеи и с лихвой компенсирует снижение предложения из-за сокращения мощностей в КНР? — задается вопросом Кутовая. — Делать краткосрочный прогноз не рискну, но долгосрочная тенденция понятна».