Бывший девелопер займется криптовалютой

Вместе с партнером он вложит $10 млн, планируя зарабатывать на комиссии 4–8% от объема ICO. На рынке немало желающих привлечь средства через ICO, но эти сделки несут финансовые и правовые риски.

Бывший совладелец группы «Мортон» Александр Ручьев и глава компании ICO Lab Алексей Воронин вложат $10 млн в платформу для автоматизации ICO Smart Valley, рассказали “Ъ” партнеры. Они станут основными акционерами. «В ближайшее время мы планируем зарегистрировать компанию в соответствии с законами в Швейцарии, потом в США, России и Сингапуре»,— сообщил Александр Ручьев. Партнеры получили более 200 заявок от блокчейн-стартапов, в том числе от компаний, готовых провести ICO «в кратчайшее время». «Без автоматизации и стандартизации процесса такое количество проектов не освоить. Поэтому пока на ICO мы можем выводить единицы. Для решения проблемы и создаём платформу»,— пояснил Алексей Воронин.

Запуск Smart Valley ожидается во втором-третьем квартале 2018 года. Планируется создать сервис мультискоринга, который будет децентрализованно оценивать проект с помощью экспертов, профессиональных сообществ и «искусственного интеллекта». Также Smart Valley предложит юридическое и IT-сопровождение и маркетинг. Комиссия платформы составит 4–8% от объема размещения; будут и другие сборы.

С весны появилось много желающих привлечь капитал в рамках схемы ICO, отмечает глава отдела новой экономики Sberbank CIB Сергей Поликанов. «Сейчас очень важно показать качественные сделки. Но кроме желания и массированной PR-компании нужно обладать предпринимательским талантом довести начатое до успеха»,— подчеркивает он. Smart Valley может быть полезным для участников нового рынка — и для инвесторов, и для стартапов, допускает главный технический архитектор Альфа-банка Максим Азрильян. Проект создается на фоне разработки законопроекта о легализации и регулировании криптовалют в России, подчеркивают господа Ручьев и Воронин. Привлекательность сегмента они объясняют бурным ростом. Так, объем вложений в ICO в 2017 году, по оценке партнеров, составит $2,4 млрд. В течение нескольких лет вложения с использованием инструмента могут вырасти «в 100–200 раз».

Но, уточняет Максим Азрильян, сложно судить об успешности начинания, поскольку финансовые и правовые риски ICO пока «находятся в серой зоне неопределенности». С этим соглашается Сергей Поликанов, напоминая о негативном отношении ЦБ РФ к криптовалютам. Поэтому, поясняет он, для ICO создаются SPV (специальные проектные компании), как правило, в Сингапуре или Швейцарии, где регуляторы настроены более лояльно к криптоэкономике. Впрочем, все без исключения ICO, по словам господина Поликанова, сталкиваются с проблемой конвертации средства из криптовалюты в фиатные деньги (которые принимаются к оплате в той или иной юрисдикции) и их зачисления на банковский счет: «Банк проверяет источник происхождения капитала и должен оценить риски, что не так просто осуществить, когда речь заходит о криптоэкономике».