ИКЕА уходит, не обещая вернуться

За фасадом пира потребления «Фонтанка» увидела риски и возможности для отечественного бизнеса.

ИКЕА была не только крупным работодателем как ретейлер, но давала много рабочих мест в производственной сфере. Отчитываясь за 2021-й финансовый год, компания сообщала, что уровень ее локализации в России составляет 50 %. Запуская фабрику в Новгородской области в 2016 году, компания планировала производить в нашей стране до 80 % продукции к 2025 году.

Сейчас у компании три производственные «дочки» — «Икеа Индастри Тихвин» в Ленобласти, которая производит мебель из массива древесины, «Икеа Индастри Новгород» в Новгородской области, которая выпускает корпусную мебель, и «ИКЕА Индастри Вятка» в Кировской области, которая также выпускает мебель из массива. При этом ИКЕА сообщала, что закупает и другие товары легкой промышленности у локальных поставщиков — домашний текстиль, льняные изделия и т. д.

На «Икеа Индастри Тихвин», по данным СПАРК, работают более 1000 человек. Выручка завода в 2020 году составила 4,5 млрд, чистая прибыль — 94,8 млн рублей (данных за 2021 год пока нет). Процесс производства охватывает весь цикл деревообработки: от заготовки леса до изготовления деревянной мебели.

На «Икеа Индастри Новгород» трудятся более 600 человек. В 2020 году выручка составила 8 млрд рублей, но компания получила убыток в 178 млн рублей.

«ИКЕА Индастри Вятка» в 2020 году получила выручку в 1,7 млрд рублей, чистый убыток составил 56 млн рублей. Численность штата — 760 человек.

Основные поставщики ИКЕА работают в Северо-Западном федеральном округе, оттуда и поступает наибольший объем сырья. Среди крупных контрагентов «Икеа Индастри Тихвин», к примеру, — «дочки» финских компаний, которые работают в России, UPM, Stora Enso, Mesta. Впрочем, производитель картонной упаковки Stora Enso уже сообщил, что сам прекращает производство и продажи в России. Лесопереработчик UPM остановил поставки в РФ, но его фанерный завод в Чудово продолжит работу.

Но есть и отечественные поставщики. Например, группа компаний «Вологодские лесопромышленники», «Лесоторговая компания», JIP, «Леспром». В списке контрагентов есть «Свирьлес», которая принадлежит Денису Сердюкову, сыну экс-губернатора Ленинградской области. Она также поставляет продукцию «Икеа Индастри Новгород». Предприятие «Аскона» в Коврове производит матрасы для ИКЕА. В 2017 году компания оценивала, что поставляет шведам около 20 моделей, обеспечивая 80 % объема российских закупок, а в ее структуре сбыта ИКЕА занимает 14 %.

Возможный уход ИКЕА (а пока магазины официально лишь взяли перерыв до мая) с рынка открывает возможность отечественным производителям и мебельным ретейлерам как минимум нарастить доли на крайне конкурентном рынке емкостью свыше 300 миллиардов рублей в год.

По оценке Ассоциации предприятий мебельной и деревообрабатывающей промышленности России, доля импорта на российском рынке мебели не превышала 40% в 2021 году. ИКЕА из этой доли занимала лишь небольшой процент, говорил «Газете.ру» глава объединения Тимур Иртуганов.

«Большая часть поставщиков ИКЕА всё равно были импортные. В России несколько тысяч мебельных производителей, а у шведской компании — всего три завода», — рассуждает глава «Первой мебельной фабрики» Александр Шестаков. По его словам, петербургская компания готова заместить своей продукцией объемы ИКЕА.

«Мощности можем увеличивать. Без мебели мы не останемся», — подчеркнул он. Впрочем, Александр Шестаков не исключил, что остановка бизнеса окажется временной. Российский рынок важен для шведского ретейлера, и терять его невыгодно.

Совокупная выручка 14 действующих юрлиц, связанных с головным материнским предприятием шведского концерна — Stichting INGKA Foundation (оно зарегистрировано в Голландии), согласно последней отчетности за 2020 год, превысила 254 миллиарда рублей. Чистая прибыль — 8,5 миллиарда. В прошлом году материнская компания получила от своих российских «дочек» серьезные дивиденды — впервые за очень многие годы. Так, только три крупнейшие по выручке фирмы, судя по финансовой отчетности, направили в хедофис 26,5 миллиарда рублей.

Вместе с тем ИКЕА в России — это не только продажа товаров для дома. Большинство юрлиц, подконтрольных Ingka, оперируют коммерческой недвижимостью — торговыми центрами «Мега». Согласно исследованию Forbes, они занимали четвертое место в России по доходам от аренды (330 млн долл.) и первое по объему торговых площадей — 1,6 млн м2. Для сравнения, у второго по этому показателю «Ташира» — 900 тыс. м2.

Решение свернуть торговлю в России несет вполне ощутимые риски для ИКЕА. Хотя компания поспешила заявить, что ее «Меги» продолжат работу в полном объеме, в Совете Федерации еще с 2014 года разрабатывали законопроект о конфискации российских активов западных компаний, участвующих в санкциях против России. А в феврале этого года такой инструмент как один из ответов на санкционное давление назвал зампред Совета безопасности РФ Дмитрий Медведев. А один из авторов законопроекта 2014 года сенатор Андрей Клишас заявил, что такой ход вполне оправдан: «На нарушение прав российских граждан должен быть дан жесткий ответ. Все юридические основания для этого есть», — цитировали его российские СМИ. Правда, пока никаких подробностей или деталей такого проекта российские власти не обнародовали.