К Виктору Золотову подкатят танки

Обеспечение Росгвардии танками и артиллерией позволит выполнять возложенные на ведомство задачи более эффективно. Так официальный представитель Росгвардии Валерий Грибакин прокомментировал «Ведомостям» ранее прозвучавшее заявление директора Росгвардии генерала армии Виктора Золотова о намерении получить соответствующую тяжелую технику. «Важные служебно-боевые задачи, решаемые Росгвардией в ходе специальной военной операции, новые методы враждебной деятельности требуют адекватного ответа и новых решений», – подчеркнул Грибакин.

Золотов рассказал о планах оснащения частей сразу после выступления президента России Владимира Путина перед военнослужащими на Соборной площади Кремля (цитата по «РИА Новости»). Глава Росгвардии добавил, что соответствующий вопрос обсуждался с президентом. Сроки поставки танков и другого тяжелого оружия для службы, по его словам, будут зависеть от финансирования.

По версии Золотова, ЧВК «Вагнер» быстро продвигалась 23–24 июня по территории страны, потому что основные силы Росгвардии были сосредоточены около столицы. «Если разбрасывать группировку, они бы просто прошли как нож сквозь масло. Был сосредоточен кулак для отражения», – утверждает директор службы (цитата по ТАСС). Он считает, что ЧВК могла бы дойти до столицы, но не смогла бы взять ее. Во время операции Золотов, как он утверждает, был на связи с Путиным.

В состав Росгвардии входит и специальный отряд быстрого реагирования (СОБР) «Ахмат», дислоцирующийся в Чечне и участвующий в СВО. По заявлениям главы региона Рамзана Кадырова и других должностных лиц, «Ахмат» выдвигался в направлении Ростова-на-Дону и другие пункты во время мятежа Пригожина 23–24 июня. Командир «Ахмата» Апты Алаудинов 27 июня заявил в эфире «Россия 1», что 24 июня разведчики подразделения не дошли до сил ЧВК «Вагнер» в Ростовской области «500–700 метров», но руководство Минобороны попросило их не вступать в бой.

Решение о возвращении тяжелой техники в Росгвардию абсолютно логично и правильно, написал в своем Telegram председатель комитета Госдумы по информационной политике, информационным технологиям и связи Александр Хинштейн (был советником главы Росгвардии в 2016–2018 гг. – «Ведомости»). «Решение не является ситуативным и было принято президентом по инициативе директора Росгвардии Виктора Золотова еще до событий 23–24 июня», – заверил Хинштейн. Он добавил, что вопрос передачи ведомству военной техники от ЧВК «Вагнер» «не обсуждается».

«Всю технику планируется закупать в рамках гособоронзаказа. Заявки были сформированы Росгвардией и направлены в Минпромторг, Минфин и другие ведомства еще весной. Решение об оснащении тяжелой военной техникой было принято президентом в начале года и не связано с последними событиями. Просто до поры до времени о нем не сообщалось», – написал депутат. Хинштейн подчеркнул, что «то, что произошло в конце недели, наглядно подтвердило правильность принятого решения и, надеюсь, ускорит его реализацию». «Для воюющего ведомства, каковым является сегодня Росгвардия, наличие тяжелой техники вопрос наиважнейший», – отметил он.

В 2016 г., после включения в Росгвардию бывших частей и соединений Внутренних войск (ВВ) МВД, тогдашний замглавы службы Сергей Ерыгин заявил, что получать тяжелую технику не планируется. Он добавил, что артиллерия осталась на вооружении частей службы на Северном Кавказе, а к танкам «мы возвращаться не планируем». «Нет той внутренней обстановки, которая предопределяла бы оснащение такими образцами», – заявил тогда Ерыгин. Последний раз танковые подразделения использовались ВВ МВД в контртеррористической операции в Чечне в 2000–2005 гг., после они переданы 58-й армии Вооруженных сил.

В 2017 г. Росгвардия также отказалась и от тяжелой инженерной техники – машин ИМР-2, путепрокладчиков БАТ-2М и быстроходных траншейных машин БТМ-3, как неподходящих для обеспечения общественного порядка. Росгвардия с 2016–2017 гг. сохранила от ВВ МВД на вооружении только легкую бронетехнику – БТР-82, БТР-70, БРДМ-2А, БМП-2, БТР-80 и бронеавтомобили «Тигр». Подразделения, включая спецназ, оснащены стрелковым оружием. Унаследовала служба от ВВ и собственную транспортную авиацию – парк самолетов Ил-76, Ан-12, Ан-26 и Ан-72, вертолеты Ми-26 и Ми-8, причем последний может выполнять функции огневой поддержки.

По мнению военного эксперта Юрия Кнутова, заявление Золотова о намерении вооружить Росгвардию тяжелой техникой логично, учитывая, что служба участвует в боевых действиях в рамках СВО. Эксперт считает, что если до СВО иметь РСЗО, артиллерию и танки было избыточно, то мятеж и рейды украинских ДРГ в Белгородской области говорят о необходимости таких вооружений у мобильных подразделений, в то время как ранее составлявшие основу безопасности конституционного порядка Таманская и Кантемировская дивизии «распылены» участием в СВО, а бывшая дивизия Дзержинского, ныне в составе Росгвардии, имеет только БТР. Скорее всего, полагает Кнутов, в Росгвардии будет восстановлена общевойсковая структура.

Военный эксперт, редактор портала Military Russia Дмитрий Корнев сомневается в том, что усиленные части стоит создавать где-то, помимо юрисдикции Министерства обороны, в том числе это, по его словам, касается и «Ахмата». Он допускает, что структура Росгвардии вполне может органично «поглотить», интегрировать в свою структуру и содержать тяжелые вооружения и оснащенные ими подразделения. Появление танков и другой подобной техники, конечно, усилит самодостаточность Росгвардии и, будь они у нее, она бы чувствовала себя в событиях 23–24 июня «гораздо уверенней», а после последних событий для этого «наступил удачный момент». Но в первую очередь усиление службы тяжелым вооружением – выражение доверия службе со стороны высшего военно-политического руководства страны, заключает Корнев.