Как хотели дискредитировать «Единство», чтобы снять Путина с выборов

В интервью «Октагону» Гуров рассказывает сенсационные подробности подготовки покушения на него и дискредитации «тройки» партии «Единство» в 1999 году, чтобы лишить Владимира Путина партии, на которую он в то время опирался.

Активизировавшиеся в последнее время расследования резонансных уголовных дел эпохи 90-х заставило многих говорить о том, что, возможно, скоро мы узнаем всю правду о событиях того времени. Однако легендарный борец с оргпреступностью позднего СССР и первого десятилетия новой России, генерал-лейтенант МВД, генерал-майор ФСК в отставке Александр Гуров считает, что отношение власти к «лихим 90-м» не поменялось и громких разоблачений ждать не стоит.

Более того, знаменитый следователь рассказал «Октагону», что ситуация с преступностью в стране кардинально не изменилась, по сравнению с 90-ми, просто коррупционеры и бандиты стали осторожнее и получили влиятельных покровителей на разных уровнях власти.

– Александр Иванович, согласны ли вы с тезисом о начале массового пересмотра дел 90-х?

– Если честно, я такой активности силовиков не замечаю, мне кажется, это журналистам больше интересно писать об этих делах, потому что преступления тех лет действительно были резонансными, многие до сих пор о них говорят. Я сейчас и о том же убийстве депутата Госдумы Галины Старовойтовой, и об убийстве телеведущего Влада Листьева, и о «подвигах» «ночного губернатора» Петербурга Владимира Барсукова (Кумарина), и о красноярском бизнесмене с уголовным прошлым Анатолии Быкове.

Тут работает общественный интерес, поэтому о таких делах и говорят побольше остальных.

– Ну тогда давайте поговорим о каждой из этих историй в отдельности. Недавно в прессе написали, что силовики якобы готовы объявить имя заказчика убийства Старовойтовой. Им, по данным «Новой газеты», следствие считает вышеупомянутого Барсукова (Кумарина).

– По убийству Старовойтовой могу сказать, что это преступление, по сути, раскрыто, найдены и осуждены исполнители и организаторы. Остаётся вопрос по заказчику, об этом идут споры, насколько я знаю, там не только Кумарин фигурирует, могли быть и другие интересанты, так что подождём официальных заявлений. Не исключаю, что заказчика действительно могут назвать: возможно, какие-то новые важные показания по делу дал желающий выйти по УДО осуждённый за организацию убийства Старовойтовой экс-депутат Госдумы от ЛДПР Михаил Глущенко. Если же говорить именно про Кумарина, то он осуждён за целый букет преступлений, ему вменены ещё статьи, на свободу он выйдет ещё очень нескоро.

– Не так давно большой резонанс вызвал арест красноярского бизнесмена и экс-депутата Анатолия Быкова. Его как раз задержали в связи с расследованием дел времён ранних 90-х. Кто-то видит в деле политический подтекст, а что вы думаете об этой истории?

– Срок давности по делу, по которому арестован Быков, истёк бы в ближайшее время. Для меня его задержание стало неожиданностью, вроде бы с ним и его «подвигами» в 90-х всё уже было решено: за какие-то преступления его осудили, по каким-то делам амнистировали впоследствии.

Насколько мне известно, у него были какие-то договорённости с властями по поводу отказа от претензий на металлургические активы в Красноярском крае, это он, по моим данным, обменял на свою свободу.

– Многих удивило то, что следователи дали ход показаниям бывшего киллера, который вдруг вспомнил, что Быков поручил ему совершить убийство одного из своих конкурентов. Сам Быков считает это политическим заказом.

– Я считаю, что тут начальство следственных органов действует строго по букве закона, ведь заявление киллера они игнорировать просто не могут. Даже если там не сильно адекватные показания, они всё равно должны быть проверены. Не исключаю, что там есть и другие свидетельства, о которых мы пока не знаем, возможно, кто-то из соратников Быкова что-то решил рассказать о его причастности к преступлениям (мы ведь даже имени этого человека в итоге можем не узнать, он пойдёт как засекреченный свидетель).

Большой политики в этом деле я искать не склонен. Да, красноярской власти он мог надоедать и нервировать её, но сейчас было бы куда проще просто рассказать публике через информационное поле о том, кто такой Быков, – это определённо понизило бы его рейтинг. Плюс, мне кажется, если бы дело было именно в политике, его бы просто не стали пускать ни на какие выборы, обрубили бы все его контакты с партиями и движениями, и проблема была бы решена. Так что тут, видимо, действительно есть какие-то новые факты об этом знаковом для того времени персонаже.

– То есть никакой общей тенденции дорасследования дел того времени нет?

– К тяжким преступлениям, совершённым в 90-е годы, регулярно возвращаются правоохранители, в региональных СУ СК даже есть специальные отделы по расследованию преступлений «прошлых лет». К этим делам возвращаются и по жалобам родственникам, по вновь открывшимся обстоятельствам.

Честно скажу, мне просто странно представить, что кто-то сидит наверху и объединяет все эти разные, разрозненные дела давно минувших лет и даёт команду начать по ним работу.

– А что вы могли бы сказать по поводу дела об убийстве Влада Листьева? В последнее время многие журналисты писали в СК заявления с просьбой возобновить расследование этого дела, сейчас обсуждается, что его фигурантом якобы может стать курганский сенатор Сергей Лисовский.

– Что касается Листьева, то я немного знаком с этим делом, с людьми, которые занимались его расследованием. И я могу точно сказать, что это убийство точно было бы раскрыто, насколько я знаю, основной версией всё-таки считалась не линия, связанная с Лисовским. Заказчиком следователи были склонны считать олигарха Бориса Березовского, а поводом для убийства – конфликт вокруг продажи рекламы на ОРТ. Но, увы, многие коллеги Листьева, журналисты (в том числе и очень известные и до сих пор уважаемые) в своё время отказались давать нужные следствию показания, хотя в неформальных разговорах подтверждали догадки силовиков. То ли они испугались, то ли ещё что-то. А теперь они же и вопят о том, что убийство Влада осталось нераскрытым. Это большое лицемерие, на мой взгляд.

– А вообще, если говорить об убийствах, совершавшихся в 90-е, то что было тогда главным мотивом для заказчиков – политика, деньги, личные отношения?

– В подавляющем большинстве случаев – деньги, политических убийств было крайне мало. Например, за политическое пытались выдать убийство депутата-демократа Сергея Юшенкова. Да, его уже не в 90-е убили, но в 2003 году ещё реалии не сильно поменялись в стране, честно говоря. Юшенкова убили из-за денег его же товарищи по политическим проектам, они делили деньги Березовского. Потом пытались свалить всё на власть, но, к счастью, никаким народным героем этот депутат не был, и никто особенно в эту версию не поверил.

И про Старовойтову тоже хочу сказать, что не было её убийство политическим, она своей деятельностью затронула интересы криминала, вот и поплатилась.

Но если бы это сделал любой другой человек – политик ли, журналист ли, милиционер ли, – точно такой же был бы итог. Поэтому чисто по политическим мотивам преступлений тяжких было мало, из-за денег – в разы больше. Ну и множество убийств и покушений было из-за личной неприязни, ревности, женщин. Это же, в общем, вечная причина для преступлений, просто в то непростое время все вопросы решались силой, никто особенно не церемонился и дважды не предупреждал.

– Но всё-таки какие-то околополитические криминальные истории происходили?

– Могу вспомнить только историю Ивана Рыбкина и его несостоявшееся убийство (а оно точно должно было произойти, мои источники в высших эшелонах власти мне это подтверждали не раз). Да, это было уже тоже не в 90-е, но история преинтереснейшая. Её пытался срежиссировать Березовский, и если бы всё получилось, он бы смог в итоге прийти к власти, поставив своего человека на пост президента.

А в 1999-2000-х годах была история, в которой и я был под ударом, впервые вам признаюсь. Ведь я тогда был вместе с Сергеем Шойгу и Александром Карелиным одним из лидеров «Единства», будущей «Единой России». И рассматривался вариант, чтобы как-то ликвидировать или дискредитировать членов всей нашей тройки, снять «Единство» с выборов и лишить Владимира Путина его партии, тогда бы ему было не на кого опереться.

– Александр Иванович, расскажите подробнее.

– Это уже довольно давняя история, можно и раскрыть все детали. Я очень часто ездил по регионам, агитировал, встречался с людьми. Но потом мне отменили все поездки, вообще запретили выходить из дома, меня круглосуточно охраняли телохранители. И вот мне помощник тогдашнего замглавы Администрации президента Игоря Шабдурасулова прямо признался: «Александр Иванович, это всё делалось для вашего блага, вас реально хотели устранить».

Я тогда всегда ходил в мундире, поэтому меня хотели ещё и подставить в стиле генпрокурора Юрия Скуратова – надеялись пригласить в баню с бабами и заснять, а потом это по всем каналам показать и меня дискредитировать. А вторая идея у них была – напоить меня, устроить небольшую аварию, пригласить на место журналистов, показать меня в пьяном виде – и всё, моей политической карьере пришёл бы конец.

Но, к счастью, всё это смогли предотвратить. Целью интриги, повторюсь, было снять «Единство» с выборной кампании. Сейчас уже таких лихо закрученных сюжетов нет, политика стала более пресной, всё решают большие деньги и близость к власти, результаты выборов известны заранее.

– А если в целом говорить про заказные убийства – они уже остались в 90-х или и сейчас они используются как инструмент бизнес-разборок?

– По большей части этот беспредел, конечно, остался в 90-х. Но было бы наивно впрямую сравнивать то время и сегодняшний день. Ведь у нас сейчас страна по всем параметрам другая: экономика другая, иное законодательство.

В 90-х огромным влиянием в стране обладали американцы, которые даже в регионах пытались подчинить себе крупные предприятия; была высока роль бандитов и ОПГ.

Не люблю выражение «мы встали с колен» (нас никто на колени не ставил, мы сами упали в 90-е), но прогресс очевиден.

Сейчас стратегические активы перешли под контроль государства или окологосударственных структур. С одной стороны, это хорошо, но далеко не во всех случаях: факты масштабной коррупции нередки до сих пор. И я признаюсь, у меня есть масса вопросов к власти, ведь преступность стала не столь вопиюще выглядеть, у неё появился лоск, она стала «беловоротничковой». Чтобы получать контроль над заводами и фабриками, уже не нужно устраивать рейдерские захваты, достаточно коррумпировать силовиков, которые сфабрикуют дела на неугодных собственников и директоров.

– Если говорить именно о криминальном мире, то как вы видите его эволюцию, почему сейчас авторитеты уже потеряли прежнее влияние?

– В 90-е у нас в стране развивалась мафия (зарождалась она ещё в конце 80-х годов), это одна из главных причин царившего тогда беспредела. Тогда было первичное накопление капитала (в том числе и нынешними нашими олигархами, которые наносят вред экологии страны, заливают реки и всё что можно нефтепродуктами), оно сопровождалось жуткими событиями – убийствами, нападениями. Но преступный мир всегда и во всех странах идёт в ногу со временем, развивается, эта обратная сторона нашего сегодняшнего благосостояния – преступность – никуда не уходит, просто становится более скрытой, замаскированной.

Сейчас бы даже смешно смотрелось, если бы какие-то рэкетиры приехали к кому-то на дачу и стали что-то требовать, теперь всё куда солиднее выглядит.

В 90-е убийств по найму было ежегодно порядка двух с половиной тысяч, но потом это ушло в прошлое. Здесь не заслуга правоохранительных органов и власти, а естественное развитие страны и её преступного мира. Сначала произошло накопление денег, потом произошёл раздел сфер влияния, укрепились наиболее мощные группировки, они сориентировались и направили деньги в бизнес (туда, куда им позволили направить) и получили серьёзный источник финансирования.

– Кстати, недавно наши силовики объявили о раскрытии убийства Деда Хасана (Аслана Усояна), одного из самых заметных российских авторитетов 90-х и 2000-х.

– Вот про Деда Хасана вообще отдельная история. Насколько мне известно, он хотел создать собственные информационные структуры, у него была мощная служба безопасности (лучше, чем у многих бизнесменов и губернаторов). И сначала, когда его только убили, я, если честно, подумал, что кто-то из крупного бизнеса решил с ним расправиться, не верилось мне, что это только криминальные разборки. Но потом, конечно, я увидел все факты и мнение поменял своё, но скажу одно: Дед Хасан стремился стать реально крупной фигурой, у него были огромные амбиции.

– Какие громкие коррупционные дела последнего времени вы считаете наиболее показательными?

– Ну, посадки мэров и губернаторов большого впечатления на меня, честно говоря, не производят. Вот дело экс-министра обороны Анатолия Сердюкова, который сам так и не был осуждён, меня действительно впечатлило. То, что творила его подчинённая Евгения Васильева и другие фигуранты этого дела, – вот это пример нынешней преступности, когда нечестные и нечистые на руку люди попадают во власть, интегрируются во властные структуры.

То же самое дело экс-министра сельского хозяйства Елены Скрынник, которую тоже обвиняли в коррупции, но к ответственности не привлекли (её в Генпрокуратуре встречали как героя, как почётного гостя, хотя даже меня там не особенно жалуют).

Ещё можно вспомнить и тех так называемых бизнесменов, которые разворовали страну, но которым наши силовики и власти позволили уехать.

Для примера вспомню экс-главу «Банка Москвы» Андрея Бородина, который сейчас живёт в Лондоне и корчит из себя узника совести. Но в его истории и в подобных историях уехавших за границу коррупционеров я вижу и слабость наших силовых структур: им гораздо легче выпустить преступника за границу, а потом вопить, что Великобритания нам никого не выдаёт. Конечно, это гораздо проще, чем пытаться привлечь этих людей (а они имеют много высоких покровителей) к ответственности, доказывать их вину в судебном порядке. Так что проблем сейчас, увы, очень много, бардака в стране хватает.