Как «Рамблер» оттягивает на себя хобби Игоря Сысоева

Как Игорь Сысоев оказался в «Рамблере»

Создатель Nginx Игорь Сысоев стал предпринимателем в 41 год. До этого он всю жизнь работал сисадмином: семь лет в некой «компании, связанной с торговлей нефтепродуктами», полгода в интернет-магазине XXL.ru и, наконец, в «Рамблере»: с 2000-го по 2011 год. 

Сысоев так описывал свою работу: «Задача — в том, чтобы сделать себя ненужным. Чтобы все работало без [моего] вмешательства». Наладив процесс, сисадмин занялся проблемой, к которой у него был «сильный личный интерес»: созданием веб-сервера. 

«Решал проблему, которую сам себе поставил, без дедлайна, — вспоминал Сысоев. — Это было хобби в чистом виде, я всегда мог остановиться и подумать как следует, прежде чем идти дальше… Две недели пишется, а потом месяц ну просто не идет. Мозг отказывается работать». 

В том или ином виде Сысоев почти в каждом интервью выделяет это обстоятельство: работа над проектом, из которого вырос Nginx, была для него хобби: «Кроме непосредственной работы сисадмина я начал в свободное время писать программы. Надо отметить, что в мои должностные обязанности программирование не входило». 

О том, что у Сысоева есть собственный проект, в «Рамблере» знали. «При найме Сысоева — нанимал его я в 2000 году — было специально оговорено, что у него есть свой проект, и он имеет право им заниматься. Он тогда назывался что-то вроде mod_accel», — рассказывает сейчас бывший исполнительный директор «Рамблера» Игорь Ашманов. 

«Сысоев работал над своим проектом самостоятельно, без поручения руководства, в свободное от основной работы время. Более того, он не являлся, насколько мне известно, разработчиком ПО, поэтому этот проект никак не мог быть ему поручен», — говорит и бывший генеральный директор «Рамблера» Денис Калинин. 

Немного по-другому об этом вспоминает работавший тогда в «Рамблере» основатель и генеральный директор компании Postgres Professional Олег Бартунов. «Сысоев был типичным сисадмином: сидел в своей каморке, смотрел за серверами, — рассказывает Бартунов. — Потом он заметил, что Apache, веб-сервер, который мы тогда использовали, очень нагружает наши сервера. И Игорь написал свой mod_accel (первое название Nginx). Но нужно понимать, что никто ему не говорил этого делать и не заказывал. Он написал новый модуль, сделал его опенсорсным и выложил для всех». 

Как «Рамблер» стал использовать Nginx 

По словам Сысоева, «Рамблер» начал использовать Nginx в 2004 году: «В начале 2004 года “Рамблер” запускал сервис foto.rambler.ru, и один из коллег, Олег Бунин, попросил меня доделать в Nginx функциональность проксирования запросов, чтобы начать полноценно использовать его в том числе на фотосервисе “Рамблера”». 

К этому времени Nginx уже использовали, например, проекты mamba.ru и zvuki.ru. Интересно, что основательница zvuki.ru Соня Соколова в это же время работала руководительницей проектов «Рамблера». 

«”Звуки” существуют с 1996 года, в качестве сооснователя и главного редактора “Звуков” я была приглашена на пост директора по рекламе Lenta.ru, а позже перешла в “Рамблер”, — рассказывает Соколова. — Для “Звуков”, как для некоммерческого гуманитарного проекта, использование open source было единственной доступной опцией, поэтому я, разумеется, с благодарностью приняла предложение Игоря [Сысоева] протестировать веб-сервер». 

В начале 2000-х кадровый голод в отрасли был настолько велик, что «Рамблеру», чтобы нанимать звезд, необходимо было соглашаться с тем, что у многих есть свои пет-проекты, объясняет Соколова. С ней соглашается Денис Калинин: «”Рамблер” брал на работу лучших из лучших, а прослойка людей, имеющих хороший опыт, и сейчас достаточно тонкая, а тогда это было в тысячи раз сложнее. Интернет был мал, и каждый, кто к нам попадал, скорее всего, делал какой-то собственный проект. Я, например, когда начал работу в компании, продолжал разработку ПО для космического оборудования для одного из физических институтов. Кто-то продолжал развивать FreeBSD, кто-то — Postgres». 

Олег Бартунов говорит о том же: «Это было само собой разумеющимся: все, кто работал тогда [в “Рамблере”], имели свои интересы и могли ими заниматься в свое свободное время… И надо понимать, что вообще весь “Рамблер” строился на опенсорсных технологиях. Мы этим очень гордились, каждый старался что-то туда отдать свое». Postgres, которым в «Рамблере» занимался Бартунов, — это международный опенсорс-проект, одна из самых популярных систем управления базами данных. Бартунов участвовал в его разработке до того, как попал в «Рамблер». Когда ушел, построил вокруг Postgres собственный бизнес. 

«”Рамблеру” это было крайне выгодно — лучший продукт в мире, да еще разработчик в офисе: это Сысоев оказывал благодеяние “Рамблеру”, — говорит Ашманов. — Та же история была в “Рамблере” с Postgres, FreeBSD и т.п. Бесплатные платформы, ключевые разработчики которых сидели в компании, могли поддерживать и развивать их. Офигенно». 

Возможно, такая свобода объясняется тем, что в «Рамблере» в эти годы постоянно менялось руководство. С 1999 по 2005 год, когда компания провела IPO в Лондоне, в ней трижды менялись основные акционеры. Основатели «Рамблера» покинули компанию еще в 2001 году. В 2006 году крупный пакет акций «Рамблера» купил Владимир Потанин. В 2013 году он объединил этот актив с проектами Александра Мамута. Потом Мамут на несколько лет стал единственным акционером компании. Летом 2019 года 46,5% «Рамблера» у него купил Сбербанк. 

Как Сысоев ушел из «Рамблера» и основал Nginx

Потенциальные инвесторы обратили внимание на проект Сысоева в 2008 году, когда у веб-сервера было 0,5% мирового рынка. «Инвесторы — в основном американские фонды среднего эшелона — предлагали встретиться и обсудить возможность сделать бизнес, но обычно я не отвечал ничего, поскольку не знал, что ответить, — вспоминал Сысоев. — Во-первых, мне всегда хватало денег. Машина в семье есть, где жить — тоже. Что еще надо? А во-вторых, нужно было психологически привыкнуть к тому, что появилась новая возможность». 

Основателю венчурного фонда Runa Capital Сергею Белоусову пришлось чуть ли не уговаривать Сысоева взять у него деньги и уйти из «Рамблера», рассказывал журнал Forbes. На вопросы The Bell Белоусов к моменту выхода этого текста не ответил. 

После ухода Сысоева «Рамблер» продолжил использовать Nginx. «Важно понимать, что Сысоев оставил Nginx открытым проектом, с открытой лицензией, то есть не закрыл его, не продал и не нажился на этом, — замечает Бартунов. — Это открытый продукт, который может использовать кто угодно в мире, любой разработчик может дорабатывать его и даже продавать». 

Nginx — до сих пор проект с открытой лицензией, использовать его может кто угодно. Зарабатывает компания, основанная Сысоевым, на поддержке и кастомных решениях — такое было сделано, например, для Netflix. Кроме того, среди клиентов Nginx — Adobe (Photoshop), WordPress и BuzzFeed. Платят Nginx в основном большие компании, для которых критична бесперебойная работа серверов. Таких клиентов у Nginx в 2018 году было около полутора тысяч. Выручка составила $26 млн. 

У Бартунова есть разработки, права на которые принадлежат «Рамблеру», поскольку он занимался ими по поручению руководства: «Я был автором поисковой системы. Мы регистрировали эту разработку и нам давали свидетельства, где говорилось: все исключительные права на произведения принадлежат компании. Все, что разрабатывалось и заказывалось “Рамблером”, оформлялось по такой форме. Если с Nginx такого не было, непонятно, откуда претензии». 

Бывшая руководительница юридической службы «Рамблера» Наталья Сухарева уверена, что «не было ни договора авторского заказа, ни служебного задания». 

О том, что Nginx был заказан «Рамблером», говорится в материалах уголовного дела. Ни один из бывших сотрудников «Рамблера» этого пока не подтвердил. Проходящий свидетелем по делу непосредственный руководитель Сысоева Андрей Копейко рассказал следствию, что «никаких служебных заданий, ни устных, ни письменных, ни на разработку mod_accel, ни на разработку Nginx не давал».