Краб сбежал, но Франк не унывает

Зять миллиардера Геннадия Тимченко Глеб Франк лишился долей и руководящих постов в Русской рыбопромышленной компании и «Русском крабе». Причиной стало его включение в американский санкционный список. До последнего времени подконтрольные Франку рыбные компании активно подминали под себя рынок. Теперь в отрасли начнётся большой передел – учитывая, какие деньги крутятся в рыболовном бизнесе, он обещает быть жёстким, если не кровавым.

Известно, что фундамент «рыбной империи» Глеба Франка закладывался в 2011 году, когда Геннадий Тимченко купил 30% компании «Русское море» брата подмосковного губернатора Андрея Воробьёва. Тогда Глеб Франк, инвестбанкир по образованию, взялся развивать семейный бизнес и основательно его переформатировал. При этом трудно не заметить, как умело использовался админресурс.

Оставайся, мальчик, с нами!

Изначально компания «Русское море» занималась импортом рыбы и перепродажей её на российском рынке. Однако после прихода в бизнес Глеба Франка компания нацелились на вылов рыбы, для чего появилось отдельное юрлицо «Русское море – Добыча». Проблема заключалась в том, что у компании не было квот на вылов. Все они ещё в 90-е оказались поделены между «рыбными королями», в основном выходцами с Дальнего Востока, плотно сотрудничавшими с японцами, китайцами и корейцами. Самые известные из рыбных магнатов – сенатор от Камчатки Валерий Пономарёв и губернатор Приморья Олег Кожемяко (рыбные активы принадлежат членам его семьи). Также на рыбе зарабатывала семьи Ильи Клебанова, который занимал высокие должности в правительстве в нулевых, а затем ушёл в «Транснефть», и Сергея Дарькина – экс-губернатора Приморья, который долго фигурировал в криминальных скандалах. Понятно, что добровольно уступать «золотое дно» новичку никто не хотел. Выход нашёлся оригинальный. У ФАС, руководимой Игорем Артемьевым, вдруг открылись глаза на то, что китайский холдинг Pacific Andes через доли в российских компаниях контролирует 60% вылова отечественного минтая. Китайцев настойчиво попросили продать как минимум шесть российских юрлиц. Покупателями выступила компания Тимченко, Франка и Воробьёва, заплатив за активы около 500 млн долларов, для чего оформила кредиты в Газпромбанке. В 2014 году «Русское море – Добыча» была преобразована в Русскую рыбопромышленную компанию (РРПК) и стала крупнейшим владельцем квот на вылов минтая в России.

Позже РРПК ещё не раз пользовалась возросшей активностью ФАС на рыбном фронте. Подключались и другие структуры. Так, в бизнес-империю Франка и Воробьёва вошли осколки «Дальморепродуктов» (ДМП) – флагмана советской рыбной промышленности. Некоторое время на наследстве ДМП зарабатывал выходец с Украины Дмитрий Дремлюга. Слухи связывали его с ныне покойным главой Приморского УФСБ одесситом Виктором Кондратовым. Кондратов имел в регионе большой вес ещё в 90-е, был представителем президента Ельцина и якобы помог земляку Дремлюге консолидировать активы. Однако после 2013 года бизнес уже жившего за границей Дремлюги подвергся пристальному вниманию со стороны ФАС и ФСБ. Претензии касались украинского гражданства Дремлюги и контрабанды краба. В результате «проблемные» активы, а главное, принадлежавшие им квоты были куплены структурами Франка и Воробьёва.

По похожему сценарию прекратилась история успеха другого рыбного магната из 90-х – Олега Кана, который сейчас скрывается за границей. В 2018 году у него прошли обыски по делу об организации убийства в 2010 году его коллеги-конкурента Валерия Пхиденко. Также под уголовное преследование попал партнёр Кана – депутат Сахалинской областной думы Дмитрий Пашов. Кан в своих интервью утверждал, что уголовным делам предшествовали предложения о покупке его бизнеса. А Дмитрий Пашов подбивал местных рыбопромышленников писать письма в Москву против передела квот на добычу морепродуктов.

Скупая активы, РРПК быстро стала одним из крупнейших добытчиков рыбы. В 2018-м Глеб Франк выкупил у Максима Воробьёва 44,7% в РРПК. И вот теперь из бизнеса уходит сам Франк, успевший за неполных 10 лет стать одним из самых влиятельных рыбных магнатов страны. Однако рыбная отрасль уже не будет прежней.

Китайская месть

Подоплёка тут в следующем. Потеснить конкурентов-старожилов Франку помогли меняющиеся правила игры при распределении квот. Правительство стало уходить от «исторического» принципа (сложился ещё в 90-е годы) в пользу «инвестиционного». То есть РРПК росла и в условиях, когда требовалось строить как можно больше судов на российских верфях. Компания брала огромные кредиты в госбанках и «Сбере» и на эти деньги строила корабли. К примеру, в 2017 году питерским Адмиралтейским верфям было заказано шесть супертраулеров за 37 млрд рублей. Таким образом с рынка выметались небольшие компании, которые не могли договориться с банками об огромных кредитах на выгодных условиях. Но какими бы выгодными ни были кредиты, а той же РРПК и другим победителям аукционов всё же придётся их отдавать. И тут злую шутку мог сыграть застарелый конфликт с китайцами.

Вряд ли китайцы забыли, как с российского рынка подвинули их партнёров. В этом контексте становится понятно, почему Китай под предлогом антиковидных мер перекрыл в прошлом году импорт рыбы из России. Российские рыбаки оценили ущерб от китайских ограничений в 400 млн долларов.

И вот теперь интрига обострилась. Рыбаки набрали кредитов ради строительства кораблей. Будут ли они достроены в условиях западных санкций – толком неясно. Китай меж тем не спешит ослаблять рыбное эмбарго. Да и не всё в руках Пекина. Дело в том, что большую часть российской рыбы китайцы после переработки отправляли в Европу и Америку. Однако Вашингтон уже ввёл эмбарго на российские морепродукты. То же самое может сделать и Европа. В этих условиях РРПК объявила, что поменяла собственника. Глеб Франк больше не владеет 70,1% компании. В «Русском крабе» его доля составляла 70,09%, и она тоже обнулилась. Бенефициарами компаний официально стали её менеджеры. При этом уточняется, что сделка совершена на рыночных условиях.

Получается, что в разгар санкционного кризиса менеджеры где-то нашли сотни миллионов долларов, чтобы купить доли в глубоко закредитованном бизнесе с неясными перспективами. Смогут ли они удержать «рыбную империю» Глеба Франка с её аппетитными квотами?

Справка

Глеб Франк родился в 1982 году во Владивостоке в семье Сергея Франка, гендиректора компании «Совкомфлот». С 1998 по 2004 год Франк-старший занимал пост министра транспорта России. Глеб тем временем окончил столичную школу с углублённым изучением английского языка и поступил на международно-правовой факультет МГИМО. В 2004 году он уехал в Европу, получил степень МВА во Франции и продолжил обучение в Швейцарии.

Предположительно, в 2010 году Глеб Франк женился на Ксении Тимченко – дочери известного предпринимателя Геннадия Тимченко. Уже в следующем году, в возрасте 29 лет, вчерашний студент стал очень крупным предпринимателем – фронтменом и совладельцем рыбопромышленной компании. Кроме того, Глеб Франк входил в советы директоров нескольких предприятий из бизнес-империи своего тестя. В частности, по данным на 2014 год, он был уже председателем совета директоров непубличной компании «Стройтрансгаз». Это холдинг, объединяющий несколько крупных строительных компаний. Они строили не только нефте- и газопроводы, как явствует из названия, но и различные инфраструктурные объекты. Например, стадионы в Нижнем Новгороде и Волгограде к ЧМ 2018 года (последний едва не смыло дождём в последний день чемпионата).