Лишний билетик

Российский билетный оператор Kassir.ru, через который проходит почти 30% всех электронных билетов на зрелищные мероприятия в России, хочет контролировать билетный рынок Восточной Европы.

Его владелец, российский предприниматель, продюсер и основатель корпорации PMI Евгений Финкельштейн таким образом пытается дифференцировать свой бизнес и уйти от негативных трендов в российской экономике. Сегодня продажа билетов – основа бизнеса Евгения Финкельштейна, хотя среди проектов этого петербургского миллиардера можно найти все что угодно – от девелопмента до «Института красоты».

Продюсер из Голландии

Евгений Финкельштейн известен не только организацией концертов всемирно известных групп, среди которых Depeche Mode, Scorpions, Deep Purple, Duran Duran, но и такими категоричными заявлениями, как «Творчество, которое не продается, таковым не является» или «Мне абсолютно все равно, чем руководить, – даже если вы меня завтра поставите руководить трамвайным парком, то, уверяю вас, я сделаю его рентабельным».

Будущий предприниматель родился в Фергане. С образованием, по словам Евгения Финкельштейна, отношения у него не складывались. «И со школой не срасталось, и из техникума выгнали. По простой причине – дислексия и дисграфия», – признается он в интервью Sobaka.ru. В переходном возрасте Евгений сбежал из дома и устроился мясником. Тогда же он твердо решил, что дальше будет работать только на себя. «Я понимал, что пойду в бизнес, – рассказывает Евгений Финкельштейн. – Все родственники работали в ресторанах или магазинах. Я рос в этой среде и практически никогда не работал на кого-то. Когда мне было лет 17, открылись первые торгово-закупочные кооперативы, и с этого момента я всегда был предпринимателем».

В конце 1980-х на волне эмиграции девятнадцатилетний Евгений уехал в Нидерланды, где основал свой первый бизнес – компанию по экспорту продуктов в СССР. «Как только открылись границы, поехали все. Я тоже поехал, – вспоминает он. – Хотел попробовать что-то новое, попробовать себя в другой среде». Однако остаться за рубежом навсегда Финкельштейн не пожелал.

Приехав в Санкт-Петербург, он стал делать концерты в здании планетария, затем в 1998 г. создал промоутерскую компанию «Планета плюс», а через год появился билетный оператор Kassir.ru. «Мы изначально делали комплекс, – объясняет Евгений Финкельштейн. – Промоутерская компания организовывала концерты, Kassir.ru продавал билеты, а наружная реклама и радио продвигали их». По его словам, такую стратегию он, возможно, применил в России первым. До этого ее использовали преимущественно западные компании, например, Clear Channel.

Постепенно в корпорацию Финкельштейна стали попадать и другие проекты – строительная компания «PMI девелопмент», ресторан премиум-класса PMI Bar и клиника «Институт красоты на Гороховой, 6». А вот сегмент радио в компании, наоборот, в последние годы стал сокращаться. Раньше компания Финкельштейна представляла интересы холдинга «Русская медиагруппа» (РМГ), продавая рекламу на ее радиостанциях, но после того, как в РМГ сменилось руководство, решила делать это самостоятельно. Впрочем, этот бизнес занимает незначительную долю в обороте PMI. Связано это, по словам Евгения Финкельштейна, с тем, что меняется конъюнктура: «Я не сильно верю в радио. Это уже не тот инструмент, который может что-то делать».

Красота от Финкельштейна

С 2011 г. корпорация PMI стала развивать новые для себя направления, одно из них – девелопмент. Сейчас внимание «PMI девелопмент» сосредоточено на строительстве жилого комплекса таунхаусов бизнес-класса в одном из престижных пригородных районов Санкт-Петербурга – Лисьем Носу. В мае 2013-го Финкельштейн открыл свой первый ресторанный проект – PMI Bar. Он расположился в самом здании корпорации PMI. Своим рождением ресторан обязан сложностям, возникшим при поиске арендатора помещения. «Мы долго пытались наладить отношения с различными фирмами, искали арендаторов, но оказалось, что проще сделать все самим, вот и запустили этот проект», – вспоминает Евгений Финкельштейн. По официальным данным, выручка PMI Bar в прошлом году составила 63 млн руб. при прибыли в 5,5 млн руб.

Случайным образом присоединился к корпорации и «Институт красоты». «Я купил это здание, потому что считаю, что таких зданий в Петербурге больше просто нет, – объясняет Евгений Финкельштейн. – В нем располагался первый «Институт красоты», ему уже около 60 лет, поэтому пока я решил оставить его в том виде, в котором он существовал». До конца проект еще не запущен, но, по словам Евгения Финкельштейна, скорее всего, он не будет перепрофилирован.

Наличие внутри корпорации разноплановых проектов сам Евгений Финкельштейн называет ошибкой: «Когда берешь столько направлений, ты не можешь сосредоточиться на чем-либо одном и теряешь в основной компании. Главное для нас – это концертная деятельность, поэтому мы понемногу начинаем закрывать непрофильные активы и сосредотачиваемся все-таки больше на билетном бизнесе, а не строительстве, например».

Большое влияние на это решение оказали и внешние факторы. «Я хотел развивать гостиничный бизнес и строительство, потому что считаю Санкт-Петербург одним из красивейших городов страны. Я верил в него как в туристическую столицу, причем не только на период белых ночей. Но по факту в силу сложившейся конъюнктуры к нам ехать никто не хочет. Заниматься бизнесом, чтобы он работал только 3,5 месяца в году, не очень интересно», – поясняет Евгений Финкельштейн. Найти финансовую поддержку в банках, считает он, сегодня тоже не представляется возможным: «Банковская система лежит на боку. Она не только не способствует развитию бизнеса, но и, мягко говоря, убивает его. Залоги, которые хотят получать банки, не соответствуют ни одним стандартам».

Негативно сказался кризис и на концертном бизнесе. Еще недавно концертный рынок России, по данным агентства «Интермедия», показывал стабильный рост в 15–20% ежегодно, теперь же региональные промоутеры указывают на 30-процентное падение. Примерно до 2013–2014 гг. не было ни одной иностранной звезды, которая бы не хотела приехать в Россию. «У нас не было отбоя от артистов, – вспоминает Евгений Финкельштейн. – А сегодня мы боремся только за тех, кто здесь уже был, кто уже не так боится, за неполитических артистов – Depeche Mode, например, или Deep Purple, которые уже знают, что здесь не так все страшно». Свою негативную роль в этом играет, по его словам, политика, которая все активнее пытается участвовать в бизнесе и оказывать на него давление. «Кэти Перри, Рианна, Бейонсе не хотят ехать в Россию, и после заявлений того же Милонова их сложно не понять, – говорит Евгений Финкельштейн. – Нам рассказывают, как и кто должен петь, как надо вести себя на сцене и т.д. Такое впечатление иногда, что мы в Ираке живем. Единственный, кто может оценивать, хороший артист или плохой, – это зритель, который либо приходит на концерт, либо нет. А что-то запрещать… Мы в свое время уже назапрещали всего. Знаем, чем это заканчивается».

Более оптимистично ситуацию на концертном рынке в России оценивает гендиректор другой известной петербургской компании – «Светлая музыка» – Илья Бортнюк. «Я вообще не считаю, что кризис есть. Кризис – это когда все очень плохо, – говорит он. – Курс евро увеличился, да. Но некоторые работают и без курса евро как-то. Если сравнивать с 2007–2008 гг., то, конечно, у нас стало меньше концертов, стали меньше привозить иностранных артистов, все чаще проводятся небольшие концерты, на 2000–3000 человек, стали обходиться без посредников, то есть без концертных агентств. Зато у нас есть фестиваль Stereoleto – один из самых крупных в России: с ним ситуация как раз лучше, чем в прошлые годы, билетов было продано на 30% больше. Больше людей – больше инвесторов. Так что с фестивальной историей все, наоборот, улучшилось».

В меньшей степени экономические и политические проблемы в стране сказались и на билетном агенте «Пономиналу.ру», считает его основатель Михаил Минин: «Более серьезные риски несут в первую очередь билетные операторы, где учредитель – организатор. Они ориентированы на реализацию в первую очередь своих билетов, поэтому для них сокращение участия учредителя в организации мероприятий чувствительно. Безусловно, мы тоже почувствовали кризис – спрос сократился. Но в рамках предложения изменения минимальные – билетов в нашей системе все больше и больше. Доля электронных продаж у нас всегда была выше рыночной и сейчас может достигать 70%».

Оборот продажи билетов в Kassir.ru, по словам Евгения Финкельштейна, по итогам прошлого года достиг 13–14 млрд руб. и продолжает расти – в этом году он увеличился на 30%. Сам бизнесмен объяснил это тем, что люди стали реже покупать билеты в кассах, выбрав электронные продажи.

Вообще, у сервисов, подобных Kassir.ru, есть важное направление развития – вовлечение все большего числа клиентов в электронную торговлю. По данным аналитического подразделения департамента информационных технологий города Москвы, доля электронных билетов в продажах ежемесячно растет на 0,5%. В 2015 г. рынок электронных билетов в России достиг $900 млн – это 40% от общего билетного рынка. «Тут есть к чему стремиться, – говорит Павел Трибель, генеральный директор ООО «Карта города». – Рынок электронных билетов растет быстрее общего, при этом освоены только столичные города. Около 70% продаж e-tickets зафиксировано в Москве и Санкт-Петербурге».

«Более 70% продаж электронных билетов приходится на Москву и Санкт-Петербург, но резерв роста за счет российских регионов колоссален», – считает заместитель генерального директора компании «Интеркомп ЦБУ» Антон Огарков.

Состояние в билетной кассе

В 1999 г. в Санкт-Петербурге открылись первые офисы и кассы Kassir.ru. В 2005 г. компания вышла на московский рынок, а еще через год приобрела статус национального билетного оператора. С этого момента началось массовое открытие офисов по всей стране. Сегодня Kassir.ru – крупнейший оператор Восточной Европы, контролирующий около 30% билетного рынка. Компания сотрудничает с ведущими промоутерами России, например, SAV Entertainment (Русский шоу-центр). В рейтинге миллиардеров от газеты «Деловой Петербург» Евгений Финкельштейн занимает 99-е место, его состояние издание оценивает в 7,8 млрд руб.

Сегодня Kassir.ru работает в семи странах – Украине, Белоруссии, Латвии, Литве, Эстонии и Казахстане. Этим летом PMI закрыла сделку по покупке двух сервисов по продаже билетов – Kvitki.by в Белоруссии и Bilietai.lt в Литве. Покупки обошлись в 5,5 млн евро (около 400 млн руб.). «В итоге
у нас около 60% белорусского рынка и около 65% – литовского», – говорит Евгений Финкельштейн. В прошлом году рассматривалась возможность приобретения компании, работающей в Венгрии, Польше, Чехии, Словакии, Болгарии и Румынии. Тогда, оценивая сумму сделки, Евгений Финкельштейн сказал в интервью Expert.ru, что речь идет о 10 млн евро.

Джазовый продюсер и директор компании VR Jazz Agency Виктор Радзиевский считает идею расширения сферы влияния правильной: «Один из важных законов бизнеса гласит, что именно в кризис нужно вкладывать, именно в кризис нужно развиваться. Кризис отчасти и вызван нашей низкой интеграцией в мировое музыкальное пространство». Обратить внимание, по его словам, следует и на Азию: «Сейчас самое время ориентироваться на Южную Корею, Китай, Японию. Я как раз нахожусь во Владивостоке, веду XIII Международный джазовый фестиваль. Здесь, помимо немцев, французов, которые у нас играли, много японских и китайских музыкантов, которые им ни в чем не уступают. И это о чем-то говорит».

Кроме продолжения политики евроинтеграции, Kassir.ru в ближайшем будущем планирует сократить количество субагентских касс, принадлежащих компаниям-подрядчикам, и заменить их на собственные. Пока в Москве существует 87 субагентских и восемь собственных касс компании. Но в целом, как отмечает руководитель отдела маркетинга Kassir.ru
Роман Грозыкин, стратегия развития направлена в первую очередь на популяризацию электронных билетов и продаж через сайт. Кроме того, по его словам, важную роль для компании всегда играла организация продаж билетов на крупные спортивные мероприятия. «В определенный момент своего развития мы немного просели в этом направлении в регионах, – признается Роман Грозыкин. – Сейчас же за нашей спиной масса успешных кейсов в организации продаж на крупные международные события, такие как Всемирные игры боевых искусств, летняя Олимпиада в Лондоне-2012, летняя Олимпиада в Рио-де-Жанейро-2016, XXVII Всемирная летняя Универсиада, чемпионат мира ФИНА по водным видам спорта».

Быть ли единому полю?

Какие стратегические опасности грозят бизнесу Евгения Финкельштейна? Организация концертов, как и любая другая сфера, зависящая от развития современных технологий, не стоит на месте. Егор Егерев, основатель и главный исполнительный директор билетной платформы Tickets Cloud, уверен, что сейчас формируется новый тип организаторов, которые стремятся «монетизировать собственную аудиторию напрямую». Поэтому будущее концертной сферы он видит за платформами, представляющими собой единое билетное поле, где организатор сможет самостоятельно контролировать процесс продажи билетов без квотирования между дистрибьюторами. «Конечно, переход к единому билетному полю выгоден в первую очередь организатору и тем операторам, которые имеют меньшую долю на рынке, – говорит Егор Егерев. – Однако эта бизнес-модель позволит улучшить качество работы сервисов, ведь начнется конкуренция за зрителя. Если у всех будет общий доступ к единому пулу билетов, то успешнее окажется тот, кто профессиональнее работает с аудиторией, будь то сам организатор, билетный оператор или блогер».

Евгений Финкельштейн в такое будущее верит мало: «Это стартап, никакого отношения не имеющий к реальности. Вот вы хотите что-то купить – вы идете в супермаркет, правильно? Туда, где есть большой ассортимент. Организаторы думают, что так можно сэкономить. На самом деле, когда они научатся считать, например, открывать компании, которые работают на дотации, то поймут, что делать надо то, что умеешь. Организатор должен заниматься организацией, все остальное – бред». Такая платформа, считает он, требует постоянного вложения огромных средств, которые компаниям, продающим свое программное обеспечение за копейки, просто негде взять.

Сейчас, по мнению Евгения Финкельштейна, не лучшее время для открытия новых масштабных проектов. «Я хотел бы сохранить компанию в том виде, в котором она существует. У нас много сотрудников – не хотелось бы сокращать, увольнять людей. Пока на самом деле по плану – переждать это непростое время. Выжить», – резюмирует он.