Майонезное правосудие

Сегодня в апелляционной инстанции рассматривается жалоба ООО «ГК «Русагро» на решение арбитражного суда Саратовской области по очень интересным спорам, объединенным конкурсным управляющим в одно заявление.

Заседание проходит в 12 ААС, олигарх Вадим Мошкович, купивший за четверть от начальной цены оборонный завод ПАО «Тантал» и 15 га территории далеко не на окраине Саратова, нацелен на успех. Но самые громкие сражения бывшего и нынешнего владельцев масложировой империи происходят в московском арбитраже.

Один спор имеет номинал в 507 миллионов, другой - в 1,137 миллиарда рублей. Центральный пункт первой истории - это акт №01 о проведении зачетов взаимных требований между АО «Жировой комбинат» и ООО «ГК «Русагро» на сумму 507,1 млн рублей. Этот акт датирован 1 февраля 2019 года, но это не точно. Само Соглашение №01 от 01.02.2019 в документах банкрота обнаружить не удалось, зачет был выявлен только в ходе анализа бухгалтерских проводок.

Этот акт пыталась оспорить конкурсная управляющая Ирина Николаева, требуя признать недействительным зачет встречных обязательств и восстановить взаимную задолженность обеих компаний на 507,1 миллиона. Что интересно, на заседании в обларбитраже в октябре 2022 года ГК «Русагро» отказалась приобщить оригинал акта, предъявив только копию. Отсутствие оригинала сыграло на руку судейским: и первая и вторая инстанции заявили об отсутствии оснований для удовлетворения требований. В общем, логика простая: раз сами акты зачетов не представлены, то и оспаривать нечего.

Параллельно с конкурсным управляющим против вывода колоссальных средств в карман «Русагро» боролась компания ООО «Эфко Пищевые ингредиенты», заявив о фальсификации доказательств и предложив провести экспертизу, чтобы установить время изготовления акта о зачете от 1 февраля 2019 года.

Но и этот стойкий противник холдинга Мошковича потерпел неудачу из-за отсутствия оригинала, и только окружной суд в марте 2023 года заявил, рассматривая кассационную жалобу конкурсного управляющего, что эта логика порочна, и непредставление документов, подтверждающих сделку, ставит под сомнение сам факт ее существования. Кроме того, кассационная инстанция напомнила и такой аргумент конкурсного управляющего: из-за проведенного зачета конкурсная масса должника уменьшилась в ущерб интересам кредиторов, а потому зачет и был оспорен в рамках банкротного законодательства. Но обларбитраж и 12 ААС проигнорировали это обстоятельство.

Кроме того, специалист по банкротствам просила признать недействительными платежи жиркомбината в пользу «Русагро» в размере свыше 1,137 млрд рублей и восстановить задолженность АО «Жировой комбинат» перед группой компаний Вадима Мошковича. И тут картина еще красноречивее.

Оказывается, еще за полгода до возбуждения дела о банкротстве «Русагро», вооружившись договором цессии с Россельхозбанком, начал выкачивать нехилые суммы из саратовского жиркомбината. Но обларбитраж не увидел в этом никакой крамолы, заявив, что осведомленность ООО «ГК Русагро» о признаках неплатежеспособности и недостаточности имущества должника в этот период не доказана. Напрасно конкурсный управляющий приводил доводы о том, что с октября 2018 холдинг Мошковича фактически контролировал деятельность жиркомбината как члена ГК «Солнечные продукты» и не мог не знать о признаках неплатежеспособности. Более того, в последние дни 2018 года на Федресурсе появилось сообщение АО «Жировой комбинат» о намерении подать заявление о признании банкротом. Каким образом оно могло пройти мимо ГК «Русагро»?

Важен и такой момент: спорные сделки превысили размер платежей, совершенных в ходе обычной хозяйственной деятельности, а «Русагро», начав выводить деньги еще до возбуждения дела о несостоятельности, получил удовлетворение в размере большем, чем получил бы в процедуре банкротства. Но и эти доводы областной арбитраж и 12 ААС оставили без внимания, проигнорировав и тот факт, что на момент, когда холдинг Мошковича устроил «кровопускание» жиркомбинату, тот уже должен был платить по обязательствам перед независимыми кредиторами.

Но самое скандальное - это, конечно же, игры вокруг злополучного Акта №01, потому что на последующих разбирательствах холдинг Мошковича удивительным образом «воскресил» оригинал этого документа. Но тут в марте 2023-го кассация отправила всю эту зачетную историю на новое рассмотрение, и обларбитраж направил оригинал на экспертизу.

И вот, спустя год после поворотного решения кассации, вердикт экспертов был оглашен: акт № 01 о проведении зачетов взаимных требований между АО «Жировой комбинат» и ООО «ГК «Русагро»», не соответствует указанной в нём дате – 1 февраля 2019 года. На самом деле документ был выполнен не ранее июня 2021 года.

Страшно не хочется терять полтора миллиарда, «Русагро» бьется как лев, но в конце августа 2024 года судья обларбитража Марат Сайдуллин признает недействительным пресловутый акт №01, восстанавливает взаимную задолженность АО «Жировой комбинат» и ООО ГК «Русагро», признает недействительными платежи жиркомбината на 1,137 млрд рублей и взыскивает с великого холдинга все эти деньги в пользу банкрота.

Чем будет крыть «Русагро», какие козыри у него в колоде – станет ясно уже сегодня, а пока отметим, что много интересных событий происходит в Арбитражном суде Москвы, где «Русагро» банкротит компанию ООО «Апин» (ООО «УК «Букет»). В июле этого года конкурсный управляющий банкрота пытался через суд взыскать с бывшего основателя и бенефициара империи «Солпро» Владислава Бурова и его сына Максима Бурова убытки в размере свыше 4,548 млрд рублей из-за отчуждения исключительных прав на товарные знаки и промышленные образцы в пользу компании Эс Бренд ЛТД.

Если верить документам, в 2018 г. товарные знаки в количестве 47 наименований были реализованы за сумму чуть более 2 млн рублей при реальной рыночной стоимости 1,9 млрд рублей. промышленные образцы ушли по 1 тысяче рублей за каждый (реальная рыночная стоимость составила 178 546 000 рублей); по договору от 2017 товарные знаки отчуждены по цене 1 150 000 рублей. (реальная рыночная стоимость 2,353 млрд рублей), а один промышленный образец был отчужден по цене 10 тысяч рублей (реальная рыночная стоимость 91,8 млн рублей). Однако в суде выяснилось, что в действительности товарные знаки принадлежат «Русагро», а копеечные транзакции отражены в неких внутренних документах, не имеющих отношения к реальности.

Споры с многомиллиардным номиналом не редкость в этом банкротстве. Так, в августе конкурсный управляющий ООО «Апин» потерпел неудачу в попытке доказать недействительность цепочки сделок по купле-продаже акций и отчуждению прав. А если бы суд вынес положительное решение, то ГК «Русагро» должна была бы вернуть в конкурсную массу должника Владислава Бурова не много не мало 19,273 млрд рублей. И буквально на днях московский арбитраж отложил заседание по заявлению Владислава Бурова об исключении требований ГК «Русагро» в сумме более 2,110 млрд рублей.