Малофеев требует с ВТБ $600 млн за Алишера Усманова

Константин Малофеев подал иск против банка ВТБ в лондонский арбитраж, рассказал «Ведомостям» один из участников предыдущего разбирательства между этими сторонами в британском суде. По его данным, речь идет о возмещении $600 млн выгоды, упущенной, по мнению Малофеева, из-за того, что принадлежавший ему пакет обыкновенных акций «Ростелекома» (10,6%) был под арестом по иску ВТБ и не смог участвовать в создании холдинга Garsdale Алишера Усманова. Малофеев подтвердил эту информацию и сообщил, что иск подан еще в июне 2013 г.

Представитель ВТБ Вадим Суховерхов не стал комментировать иск Малофеева.

Акции Малофеева находились под арестом по решению Высокого суда Лондона с августа 2011 г. На аресте настаивала британская «дочка» ВТБ, подавшая в Лондоне иск против фонда Малофеева Marshal Capital Holdings Ltd., — она требовала возместить ущерб, причиненный, как говорилось в иске, мошенническими действиями, результатом которых стало одобрение кредитного соглашения в ноябре 2007 г. и списание со счетов банка суммы свыше $225,05 млн.

Речь идет о кредите, предоставленном ВТБ в 2007 г. компании «Руссагропром» на покупку у компании Nutritek шести молочных предприятий. Почти сразу после сделки «Руссагропром» перестал обслуживать кредит. Банк истребовал его активы, но их стоимость оказалась на порядок ниже, чем ее представляла Nutritek. В итоге ВТБ пришел к выводу, что и продавец, и покупатель в сделке «Руссагропрома» и Nutritek контролировались одной группой — Marshall Capital.

Британский суд в трех инстанциях отказал ВТБ в удовлетворении этого иска, постановив, что дело находится вне его юрисдикции и должно разбираться в России. Арест с акций Малофеева был снят в феврале 2013 г.

Между тем еще в апреле 2012 г. «АФ телеком холдинг» Алишера Усманова и акционеры «Скартела» — Сергей Адоньев и госкорпорация «Ростехнологии» (теперь называется «Ростех») — подписали предварительное соглашение о создании совместной компании Garsdale, в которую были внесены их телекоммуникационные активы: 50% плюс 1 акция «Мегафона» и 100% акций «Скартела». Управляющий телекоммуникационными активами Усманова гендиректор USM Advisors Иван Стрешинский говорил тогда, что впоследствии к совладельцам нового холдинга должен присоединиться Константин Малофеев, внеся в него свой пакет акций «Ростелекома». Акции «Ростелекома» тогда стоили на ММВБ 140-150 руб.

Garsdale была создана в июле 2012 г., но Малофеев в нее не вошел. Стрешинский объяснял это невыполнением Малофеевым одного из ключевых условий: 10,5% «Ростелекома» не были освобождены из-под ареста. Правда, была и другая причина — в последний момент оценка принадлежавшего Малофееву пакета «Ростелекома» резко снизилась, говорил тогда знакомый Малофеева.

Стороны разошлись в оценке стоимости пакета Малофеева: к моменту оформления сделки акции «Ростелекома» стоили на рынке на 50-60% дешевле, чем хотел получить Малофеев, объяснял Стрешинский. К моменту заключения сделки обыкновенная акция «Ростелекома» стоила менее 120 руб.

Чтобы убедить английский суд в том, что была упущена выгода от несостоявшейся сделки с Garsdale, Малофееву придется доказать, что такая сделка в самом деле планировалась, говорит старший юрист корпоративной практики юридической компании Sameta Маргарита Сологубенко. Есть вероятность, что лондонский судья не удовлетворится опубликованными в СМИ официальными заявлениями представителя Усманова, но потребует, чтобы суду представили, например, подписанный меморандум о намерениях, предупреждает она. Наконец, даже если упущенная выгода будет доказана, истцу придется обосновать ее сумму. Определяя размер упущенной выгоды, суд следит за тем, чтобы положение истца после компенсации не оказалось лучше, чем было до того, как он упустил выгоду, объясняет Сологубенко.