Михаила Абызова оставили без марша Мендельсона

Мосгорсуд продлил до конца июня срок содержания под стражей шести обвиняемым по одному из самых громких и скандальных уголовных дел последних лет — о создании бывшим министром по делам «Открытого правительства» Михаилом Абызовым ОПС, похитившего у энергокомпаний более 4 млрд руб. Защита фигурантов дела заявляла об откровенной волоките в расследовании СКР, в рамках которого пока не удалось получить ни одной экспертизы, подтверждающей вину экс-министра и его предполагаемых сообщников. Сам же экс-чиновник жалуется на состояние здоровья. При этом из-за угрозы коронавируса ему отказали в заключении брака со своей гражданской женой, ранее одобренном следствием и ФСИН.

С ходатайством о продлении сроков содержания под стражей для 47-летнего Михаила Абызова в Мосгорсуд обратились представители СКР. Надо отметить, что руководителем следственной бригады по этому громкому уголовному делу, в которую входят шесть следователей, является один из самых опытных сотрудников главного управления по расследованию особо важных дел СКР генерал-майор юстиции Сергей Степанов, известный по целому ряду других громких процессов, включая «дело энергетиков» из «МРСК Центра». Во вторник генерал Степанов лично прибыл в суд, чтобы обосновать необходимость дальнейшего содержания обвиняемых в СИЗО.

При этом, как рассказали “Ъ” адвокаты обвиняемых, в самих коридорах суда практически не было людей, так как из-за угрозы распространения коронавируса решением ВС РФ приостановлено рассмотрение всех дел, кроме безотлагательных, к которым и относится продление сроков ареста.

Интересно, что Михаил Абызов содержится в СИЗО «Лефортово», еще четверо обвиняемых (мужчин) — в «Матросской Тишине», а единственная из фигурантов женщина — в столичном СИЗО-6 в Печатниках. Как сообщал “Ъ”, даже подобные срочные дела ВС рекомендовал рассматривать без доставки заключенных с проведением заседания посредством видеоконференцсвязи. Однако, как пояснил “Ъ” адвокат господина Абызова Александр Аснис, ни на самих заключенных, ни на сотрудниках конвоя не было «ни масок, ни бахил». Он особо отметил, что ранее сроки продления утверждал Басманный райсуд, однако почти у всех обвиняемых истекли предусмотренные по УПК сроки, составляющие 12 месяцев. Дальнейшее продление возможно только в исключительных случаях. В частности, если лицо обвиняется в совершении особо тяжкого преступления, которое предусматривает свыше десяти лет лишения свободы. Напомним, что как Михаилу Абызову, так и еще трем его предполагаемым соучастникам было предъявлено обвинение именно в создании ОПС (ч. 1 ст. 210 УК РФ, по которой грозит до 20 лет) и особо крупном мошенничестве (ч. 4 ст. 159 УК РФ — до 10 лет). Но еще двое фигурантов — Николай Степанов и Галина Фрайденберг — обвинялись помимо мошенничества лишь в участии в ОПС (ч. 2 ст. 210 УК РФ, которая не входит в категорию особо тяжких преступлений). «Однако незадолго до продления сроков им обоим СКР изменил квалификацию якобы совершенного преступления на создание ОПС»,— сообщил “Ъ” один из участников процесса. В то же время адвокат господина Степанова Владимир Старинский воздержался от каких-либо комментариев по этому поводу.

Как следует из постановления Мосгорсуда, генерал Степанов, обосновывая свою просьбу оставить обвиняемых в СИЗО, ссылался помимо самой тяжести обвинений, связанных с хищением более 4 млрд руб., также на то, что следствию «необходимо получить заключения ранее назначенных экспертиз, получить ответы на запросы о правовой помощи, продолжить допросы свидетелей, проживающих в различных регионах России и на территории иностранных государств», и т. д.
Суд, в свою очередь, поддержал это мнение, отметив, что действительно «признаков волокиты» не усматривается, а наоборот — СКР только в последнее время провел 15 выемок документов в налоговых органах и других организациях в Москве и Новосибирске, провел четыре обыска в столице, получил ответы из «компетентных органов» Кипра и Белоруссии, а еще направил более 230 других запросов.

Но адвокат Александр Аснис заявил “Ъ”, что доводы генерала Степанова не выдерживают никакой критики. По его словам, в уголовном деле есть прямые признаки «необоснованной и незаконной волокиты». В частности, он отметил, что СКР так и не смог пока предоставить никакого экспертного обоснования, подтверждающего сам факт хищений. Согласно его данным, следователи еще 13 мая 2019 года назначили финансовую экспертизу, поручив ее специалистам Московской лаборатории судебных экспертиз Минюста, которым предоставили два тома материалов. «Мы просили дать нам ознакомиться с этими данными или хотя бы списками документов, но следователи нам отказали»,— пояснил господин Аснис, считая, что это «мизерное количество» по сравнению с основным, другим количеством. Но, по словам защитника, эксперты были недовольны полученной информацией, а потому дважды просили у следователей дополнительные материалы. «В результате они изучали эти материалы с периодической приостановкой, но так и не смогли вынести никакого решения»,— сообщил господин Аснис. Одновременно, по его словам, защита сама обратилась к другим экспертам, которые постановили: признаков завышения стоимости в 2011–2014 годах при продаже акций компаний господина Абызова более чем на 4 млрд руб. не усматривается. «Эти данные следствие приобщило к материалам уголовного дела, но отказалось принять "первичные материалы" — то, на основании чего это было сделано»,— с возмущением отметил Александр Аснис, уточнив, что таких документов было очень много и «с трудом уместилось в девяти картонных коробках от ксероксов». При этом новую экспертизу по делу СКР поручил ряду экспертов, которые якобы не являются сотрудниками ведомственных учреждений.

Он также отметил, что, по мнению защиты, в «деле Абызова» вообще не было события преступления, а потому оно в соответствии с УПК подлежит прекращению. Интересно, что еще до заседания в МГС стало известно о грядущей свадьбе Михаила Абызова с его гражданской женой, бывшей стюардессой Валентиной Григорьевой, которая не так давно родила сына. Заключение законного брака прямо в помещении «Лефортово» было согласовано как с СКР, так и c ФСИН и загсом. Но из-за пандемии коронавируса и затянувшегося на два дня разбирательства в горсуде процедуру отложили. Впрочем, сам Михаил Абызов, по словам его защитников, на суде на это обращать внимание не стал, отметив лишь, что у него резко ухудшилось состояние здоровья. «Он жалуется на сильные боли, из-за которых практически не спит уже почти полгода»,— заявил “Ъ” господин Аснис, пояснив, что в условиях СИЗО необходимое обследование провести невозможно, а вне его пределов следствие и ФСИН не разрешают. Он также особо отметил, что решение МГС о продлении сроков содержания под стражей будет обжаловано в ближайшие дни как незаконное и необоснованное. Очевидно, что такие же жалобы подадут и другие обвиняемые по «делу Абызова». Адвокат Айрат Хикматуллин, в частности, заявил в суде, что его подзащитная Галина Фрайденберг входит в группу риска как страдающая бронхиальной астмой, а люди с таким диагнозом по решению мэра Москвы Сергея Собянина должны находиться дома. Но МГС решил, что и тюремные врачи могут помочь женщине.