Миллиардам Абызова приписали антисоциальный характер

Используя статус министра «Открытого правительства», Михаил Абызов совершил ряд сделок, «противных основам правопорядка и нравственности», говорится в иске Генпрокуратуры, к рассмотрению которого в четверг приступил Гагаринский райсуд. Надзор добивается конфискации 32,5 млрд руб., рекордной для российского правосудия суммы, которую господин Абызов и подконтрольные ему кипрские компании выручили от продажи акций АО «СИБЭКО». Ответчик Абызов утверждает, что вопросы с его активами были закрыты еще пять лет назад, когда Генпрокуратура проводила первую проверку.

В начале заседания прокурор Сергей Бочкарев, ранее добившийся конфискации активов на 9 млрд руб. у экс-сотрудника МВД Дмитрия Захарченко и его близких, попросил судью приобщить к иску, поданному к господину Абызову и офшорам, пять дополнительных томов. Представители ответчиков возражали, поскольку их не ознакомили с этими материалами, но судья Елена Черныш пошла навстречу надзору.

Из заявления, которое кратко изложил генерал Бочкарев, следовало, что, осуществляя надзор за уголовным делом в отношении Михаила Абызова и его предполагаемых сообщников, обвиняемых СКР в организации преступного сообщества, хищениях и отмывании, а также в незаконном участии в предпринимательской деятельности (ст. 210, 159, 174 и 289 УК РФ), Генпрокуратура выявила в действиях экс-министра нарушения установленных антикоррупционным законодательством запретов.

В связи с назначением в 2012 году советником президента России, а затем министром (занимал этот пост до мая 2018 года) господин Абызов должен был прекратить предпринимательскую деятельность и передать свои активы в доверительное управление, а также отчитываться об имуществе и доходах. В декларациях господин Абызов указывал доходы в виде зарплаты и средств, полученных от участия в ЗАО «Промышленные технологии» и ООО «Ру-ком». При этом он скрыл, что владел и управлял ОАО «Сибирская энергетическая компания» (СИБЭКО), а также компаниями Vantroso Trading Ltd, Lisento Investments Ltd, Besta Holdings Limited, Kullen Holdings Limited, Alinor Investments Limited, зарегистрированными в 2007–2009 годах на Кипре. Компании в 2011 году вошли в состав акционеров СИБЭКО, став затем владельцами 95,52% его акций. Этими активами господин Абызов «тайно» управлял «в период нахождения у власти».

Это нарушение министром запретов являлось настолько существенным, отметил представитель Генпрокуратуры, что было «безусловным основанием для увольнения в связи с утратой доверия».
В апреле 2017 года господин Абызов решил продать акции СИБЭКО и сам нашел покупателей, которыми выступили АО «Хакасская сервисно-ремонтная компания» (ХСРК) и АО «Кузбассэнерго», чьи функции единоличного исполнительного органа осуществляло ООО «Сибирская генерирующая компания» (СГК).

С апреля 2017-го по февраль 2018 года господин Абызов, используя, как говорилось в иске, свой статус и авторитет министра, в Москве лично и через доверенных лиц принимал участие в переговорах с представителями СГК и ПАО «Совкомбанк» «по вопросам добросовестности и финансовой состоятельности покупателей, получения гарантий безопасности от кредитной организации при переводе и поступлении на ее счета денежных средств, условий и порядка заключения договоров».

В итоге в коммерческих интересах министра Абызова 7 февраля 2018 года в Лимасоле номинальные директора кипрских компаний Катсиарина Хракович, Олесандра Солоненко, Эирина Коннари и Тудор Гурдис заключили с ХСРК и «Кузбассэнерго» два договора купли-продажи акций СИБЭКО, по которым на их счета, открытые в Совкомбанке, в течение двух дней поступили 32 515 710 920,19 руб.

Эти средства Генпрокуратура считает незаконным доходом господина Абызова и подконтрольных ему компаний.

Действия господина Абызова, полагают в Генпрокуратуре, нарушили требования Конвенции ООН против коррупции 2003 года, поскольку они наносили ущерб устойчивому развитию национальной экономики и правопорядку, порождая серьезные угрозы стабильности и безопасности общества, а также подрывали демократические и этические ценности.

В свою очередь, другие ответчики — кипрские компании — при тех же обстоятельствах совершили самостоятельное коррупционное правонарушение, поскольку не приняли мер по предупреждению коррупции.

В дальнейшем господин Абызов решил создать «препятствия к выявлению и взысканию в доход государства» этого имущества, преобразовав его в иные активы.

По его указанию, полагает истец, кипрские компании в период с 7 по 12 февраля 2018 года за 18,9 млрд руб. приобрели €268 млн, которые были размещены на счетах Совкомбанка.

Следователь при Александре Бастрыкине рассказал о деле экс-министра Михаила Абызова
Следователь при Александре Бастрыкине рассказал о деле экс-министра Михаила Абызова
В марте того же года €88 млн (6,3 млрд руб.) были переведены на счета офшоров, открытые в кипрском филиале ПАО «Промсвязьбанк» и латвийском Rigensis Bank AS. Кроме того, в период с января 2018-го по июнь 2019 года этими компаниями в Совкомбанке дополнительно были открыты не менее 22 счетов, на них перечислены полученные от продажи акций средства, где они «смешались с другими доходами» и расходовались. $50 млн по распоряжению господина Абызова были потрачены на приобретение облигаций на предъявителя, выпущенных Совкомбанком, а еще €172,5 млн — на облигации Германии. Ценные бумаги разместили на счетах депо в Совкомбанке.

Таким образом, подсчитал надзор, доход господина Абызова и подконтрольных ему организаций в размере 32 540 718 646 руб. и 44 коп., а также €7 307 500 был получен незаконно вследствие совершения череды коррупционных актов, в связи с чем это имущество подлежит взысканию с ответчиков в доход России.

При этом было отмечено, что действия ответчиков по заключению сделок носили «антисоциальный» и незаконный характер, поскольку их главными целями были прикрытие коррупции, целенаправленное введение в заблуждение государства и общества.

Выслушав прокурора Бочкарева, Михаил Абызов, выступавший по видеосвязи из СИЗО «Лефортово» (в доставке в суд ему отказали), потребовал назвать законы, которые он нарушил, а получив ответ, отметил, что «коррупция — это зло, с которым нужно бороться», только к нему все это не относится.

По версии ответчика, поступив на госслужбу, он несколько раз проконсультировался с представителями различных контролирующих органов, в том числе Генпрокуратуры, о накладываемых на него ограничениях и как ему отчитываться по доходам.

Экс-министр утверждает, что действовал по этой схеме, ежегодно подавая декларации, в том числе от иностранных юрлиц, бенефициаром которых он являлся. В 2013 году, рассказал господин Абызов, его проверяла ФСБ, а через два года — Генпрокуратура в связи с публикациями, в которых рассказывалось о его зарубежных активах. Результаты проверок, отметил он, были рассмотрены на совещании в администрации президента, а затем этот вопрос окончательно закрыт на уровне самого президента.

Факты, установленные новой проверкой Генпрокуратуры, он назвал ложными и фантазиями самих прокуроров, которые в нарушение Конституции пытаются отобрать его частную собственность.

Свою подпись под соглашением о продаже СИБЭКО (документ был предъявлен суду прокурором в качестве доказательства управления этой и иностранными компаниями) ответчик Абызов назвал поддельной.

В момент совершения сделки я являлся бенефициарным владельцем компаний, но в самой сделке участия не принимал»,— заявил с экрана бывший министр, попросив назначить почерковедческую экспертизу.

Следует отметить, что у прокурора Бочкарева нашлись аргументы практически на все выпады Михаила Абызова. Более того, выяснилось, что ответчику вменили в вину далеко не все нарушения, выявленные в ходе проверок. Так, согласно ответам, полученным надзорным органом из Эстонии, в этой стране у господина Абызова в 2015 году было около 70 компаний.

«В Эстонии вы их декларировали, а почему в России не указали? — спросил прокурор у ответчика.— С иностранцами вы искренне и вежливы, но не с нами!»

Михаил Абызов пообещал дать пояснения позже. Разбирательство продолжится 20 октября, когда ответчики изучат дополнительные документы, поступившие из Генпрокуратуры.