Молочным акциям «Алева» не дают утечь

Кредиторы оспаривают сделку предпринимателя по продаже акций компании.

Банки, кредитовавшие АО «Алев», крупного производителя молочной продукции в Поволжье, оспаривают продажу Александром Ивлевым акций компании некой Татьяне Иншаковой. Сделка совершена почта за два месяца до подачи организацией заявления о своем банкротстве и за полгода до заявления о банкротстве Александра Ивлева, задолжавшего кредиторам 2,5 млрд руб. По мнению юристов, продажа владельцем компании накануне личного банкротства может оказаться как попыткой получить средства для расчетов по долгам, так и реализацией стратегии по защите от ­кредиторов.

Кредиторы Александра Ивлева, бывшего собственника АО «Алев», крупного производителя молочной продукции в Поволжье (бренды «Выбор хозяйки», «Милье», «Кошкинское», Normula), оспаривают сделку по продаже предпринимателем акций компании. По данным электронной картотеки суда, 6491699 акций «Алева» проданы в августе 2018 года Татьяне Иншаковой. Стоимость сделки не указана. Через два месяца организация подала заявление о собственном банкротстве. Еще через три месяца Альфа-банк потребовал банкротства господина Ивлева из-за долга в размере более 170 млн руб. Сейчас общая сумма требований кредиторов составляет около 2,5 млрд руб.

•АО «Алев» зарегистрировано в 1994 году в Самарской области. Однако основные активы ГК «Алев» расположены в Ульяновской области.

В «СПАРК-Интерфакс» имена собственников не раскрываются. В списке бывших руководителей — Максим Бырдин, Виталий Загоруйко, Александр Ивлев и Сергей Колотьев. В 2017 году выручка организации превысила 5 млрд руб. Убыток составил 128 млн руб. Финансовая отчетность за более поздний период не опубликована. Александра Ивлева, а также Камиля Заппарова кредитор «Алева» Россельхозбанк потребовал привлечь к субсидиарной ответственности по долгам компании на 989 млн руб. В прошлом месяце конкурный управляющий организации обнаружил признаки преднамеренного банкротства.

Вместе с «Алевом» и господином Ивлевым начали банкротиться другие связанные с ними структуры, в том числе и самарский завод по производству масла и сыра «Кошкинский». Сообщалось, что производственные мощности предприятия проданы федеральному холдингу «Русагро». На собственном сайте ГК это подтверждается: «Переработка молока и производство продукции осуществляется на производственной площадке Кошкинского маслосырзавода, с. Кошки Самарской области». Также среди брендов указан «Кошкинский сыровар» ­и ­«Милье».

•ГК «Русагро» — один из крупнейших агрохолдингов России. Группа специализируется на производстве сахара (бренды «Русский сахар», «Чайкофский», «Брауни», Mon Cafe и т.д.), молочной продукции («Милье», «Кошкинский сыровар»), животноводстве (полуфабрикаты «Слово мясника»), растениеводстве и масложировом бизнесе («Мечта хозяйки», «Щедрое лето», ЕЖК). Основные активы ГК расположены в Белгородской, Тамбовской, Свердловской, Воронежской, Курской, Орловской и Самарской областях, а также в Приморском крае. В Самарской области «Русагро» помимо завода в Кошках принадлежит маслоэкстракционный завод в поселке ­Безенчук.

ООО «Молочные продукты „Русагро“» в июле тоже включились в реестр требований кредиторов бывшего акционера «Алева». Сумма требований превысила 900 млн руб. Право требования долга структура холдинга выкупила у ВТБ.Статус кредитора Александра Ивлева также получили Юникредит банк (более 700 млн руб.), Россельхозбанк (более 500 млн руб.) и банк «Дом.рф» (более 300 млн руб.).

По данным «СПАРК-Интерфакс», Татьяна Иншакова не владеет какими-либо предприятиями в Ульяновской или Самарской областях. Человек с таким именем указан как совладелец ООО «Бизнесконсалт», зарегистрированного в Москве. Также госпожа Иншакова могла быть генеральным директором ныне недействующего ООО «Женьшень» в ­Тамбовской области.

Как предполагают юристы, продажа владельцем компании накануне личного банкротства может быть связана как с попыткой получить необходимые для расчетов с кредиторами деньги, так и с реализацией стратегии по защите от ­кредиторов.

«Несмотря на финансовое состояние компании, она может представлять собой актив, бизнес, представляющий определенную ценность и имеющий свою рыночную стоимость. Законность этой сделки может быть проверена судом в ходе личного банкротства, в том числе в части соответствия условий сделки рыночным»,— поясняет партнер, исполнительный директор юридического бюро «Падва и Эпштейн» Антон Бабенко.