Настоящие беды у Ольги Миримской только начинаются

Героиня многочисленных скандалов Ольга Миримская оказалась за решеткой из-за семейных проблем, принявших уголовный оборот. Но теперь ее ждут куда более серьезные дела.

Новый поворот

Совладелица компании «Русский продукт» и Банка кооперативного финансирования (БКФ) Ольга Миримская оказалась за решеткой по решению Басманного райсуда, в который ее доставили оперативники управления «М» ФСБ и следователи главного следственного управления СКР. Поводом для привода и заточения Миримской стало обвинение в даче взятки бывшему коллеге оперативников - следователю ГСУ СКР по Московской области Юрию Носову.

Дело же, заведенное по инициативе Ольги Миримской в отношении бывшего сожителя и суррогатной мамы, было прекращено в прошлом году за отсутствием состава преступления.

Таким образом оперативникам удалось развернуть дело Миримской на 180 градусов, превратив ее из обвинительницы в обвиняемую. Аресту предшествовала масштабная кампания, в рамках которой на самых разных медиа-площадках публиковалась переписка и прослушка банкирши и с ее основными контрагентами. Судя по всему, почерпнуты эти материалы из оперативной разработки, и вряд ли их происхождение могло объясняться просто житейскими проблемами самой Миримской.

Банк из трех букв

Сливы Ольги Миримской начались в 2016 году - в самый разгар банковской войны, которую ЦБ развязал против сложившегося в стране «гибридного банкинга», объединяющего в одном учреждении самые разные типы операций - депозитные, инсайдерско-инвестиционные и отмывающие. Совершенно неудивительно, что финансовое сообщество обратило свое внимание к БКФ, которым владеет и руководит Ольга Миримская.

Но это учреждение самым удивительным образом сумело пережить сложные времена. И даже сейчас, когда бенефициар оказалась в заточении, пресс-служба БКФ опубликовала довольно дерзкий пресс-релиз, которого испугались даже клиенты банка. Они потребовали изменить текст, убрав из него любые упоминания об управлении «М» ФСБ, посчитав, что они способны навлечь проверку, которая похоронит кредитное учреждение.

Судя по тексту релиза, пресс-служба прислушалась к этому пожеланию, сейчас нем нет упоминаний про ФСБ, но зато сохранились уверенные суждения о том, «что, в ходе разбора обстоятельств дела, все претензии следствия к Миримской Ольге Михайловне будут сняты, а все, кто пытается очернить ее честное имя, будут наказаны в соответствии с действующим законодательством РФ».

Таким образом в банке надеются на победу.

Между тюрьмой и Израилем

Настоящим индикатором влияния Ольги Миримской в высших сферах стало получение дамой гражданства Израиля. Это произошло в самый разгар ее уголовных разбирательств. Как известно, такое гражданство дает безусловные гарантии его обладателю. И тем не менее, Миримская не стала использовать создавшуюся возможность для эмиграции в Землю Обетованную, откуда, как известно, «выдачи нет». Может просто не успела, но это вряд ли, с учетом ловкости и прыткости, проявленные в других обстоятельствах. Судя по всему, Миримская сделала сознательный выбор, отдав предпочтение посадке за решетку и под охрану в холодной Москве теплому климату Израиля. Странным этот выбор может показаться лишь на первый взгляд. Потому что при более внимательном рассмотрении можно увидеть куда более серьезные ставки и, соответственно, состав так называемых «актеров» - участников игры, в которой Миримской досталась роль фишки на игровом столе. Которую могут просто смахнуть перед новым раундом.

Обломки «Юкоса»

Основой богатства и влияния Ольги Миримской были и остаются активы, доставшиеся ей в наследство от группы «Менатеп», созданной и управляемой Михаилом Ходорковским и группой его товарищей. Но Миримская в этой группе тоже далеко не «девочка на телефоне». Она пришла в компанию еще в начале 90-х, закончив аспирантуру Института США и Канады АН СССР (в 1989 году) и Высшую школу международной политики Джоржтаунского университета (США) (1993 году). Но в 1993 году она предпочла теоретическим изысканиям в области «большой политики» вполне реальную практику, возглавив издательскую компанию «Менатеп-информ». Затем последовала говокружительная карьера и доверенные должности в империи «Менатеп», который к тому времени стал владельцем нефтяной корпорации «Юкос» и пытался стать лидером рынка, поглотив другого нефтяного гиганта - «Сибнефть». Крах «Юкоса» и «Менатепа» в 2003 году не оставил ОKMUE Миримскую без работы, так как ей удалось сохранить некоторые осколки бывшей империи - в их числе были ОАО «Русский продукт» и уже упомянутый банк БКФ. На фоне миллиардных активов «Юкоса», сотни миллионов Миримской выглядели хоть и крошками, но вполне золотыми, чтобы сделать из нее одну из богатейших женщин России.

Охота за миллиардами

Но за все надо платить. Причастность к «Юкосу» превратила саму Миримскую в важный актив. Который стал критически важен в судебной войне, которую развязали бывшие акционеры корпорации, в расчете на компенсацию потерь, понесенных ими в результате потери «Юкоса».

Спустя десятилетие, наполненное изнурительными и дорогостоящими сражениями, экс-владельцам удалось добиться решения о компенсации в размере 50 миллиардов долларов США. Такое решение летом 2014 года вынес международный третейский суд. Но праздник полной победы был недолгим. Россия обжаловала решение третейского суда, и последовал новый раунд сражений. Последним в этой эпопее стало решение Верховного суда Нидерландов, которое обнулило предыдущую победу менатеповцев и вернуло дело в Апелляционный суд Гааги, где предстоит новое разбирательство сроком на пару лет. Одним из аргументов российской стороны было обвинение истцов в том, что в ходе арбитража в 2005–2014 годах истцы намеренно скрыли от третейского суда важную информацию о методах присвоения контроля над «Юкосом» в 1990-х годах. А заодно и скрылись сами, выдав созданные российскими физически лицами иностранные компании за реальных иностранных инвесторов, которых потом и защищал третейский суд.

Заявленное как процедурное мошенничество, это обвинение является вполне реальным при желании вытащить наружу все грязное белье, связанное с приватизацией нефтяной корпорации. А такое желание у российской стороны может появиться, особенно с учетом того, что многие влиятельные участники тех событий уже никакого влияния не имеют. И вот здесь на сцене появляется персона Ольги Миримской.

О решении, принятом Верховным судом Нидерландов, стало известно 5 ноября.

А 19 ноября Главное следственное управление СК РФ решило засветить информацию о том, что сам иск «Менатеп» против Российской Федерации стал возможен в результате секретного взаимодействия Ольги Миримской с... акционерами «Менатеп». Результатом этого взаимодействия стало получение Миримской в 2006–2007 годах от контролируемого Леонидом Невзлиным траста Rysaffe Charlotte N Isadora и юридической фирмы Charles Russel LLP, представлявшей в международных судах интересы экс-акционеров «Юкоса», 135 миллионов долларов. По мнению следствия, это была плата за пакет акций, которого менатеповцам так не хватало для подачи иска.

При каких реально обстоятельствах заключалась эта сделка, пока неясно. Но уже вполне очевидно, что история злоключений самой Ольги Миримской началась после этой сделки. Судя по всему, эта информация была известна, но не могла быть доказана, сейчас же следствие располагает свидетельскими показаниями об обстоятельствах. Также понятно, что представление доказательств о такой сделке может серьезно обрушить всю конструкцию иска, которая строилась на «страданиях» международных инвесторов. А вовсе не российской гражданки Миримской. Таким образом, оружие, приобретенное Леонидом Невзлиным, и к может быть обращено против него же. При условии, конечно, если нужные показания даст сама Миримская. Видимо над этим сейчас и работает следствие. А сама Миримская пытается добиться серьезных гарантий безопасности. Напомним, что на кону все-таки десятки миллиардов долларов, и риски арестов российских заграничных активов в случае проигрыша.