Нефтяные паразиты опутали Николая Токарева

Расхожее выражение «вагонами воруют» неактуально, если речь идёт о государственной трубопроводной системе. Зачем вагоны, если можно напрямую подключиться к трубе и высасывать нефть почти без ограничений? При этом президент «Транснефти» Николай Токарев не говорит, сколько «чёрного золота» утекает каждый год в левые резервуары или просто в землю. Не знает или не хочет?

На Кубани готовится суд над участниками организованной преступной группы, которая похитила из магистрального нефтепровода более 7 тыс. тонн нефти. Масштаб её деятельности поражает воображение, и это только один из многих случаев масштабного воровства из государственной трубопроводной системы.

289 нелегальных врезок в нефтепровод

В кубанскую ОПГ входили не менее шести человек. Бандиты незаконно подключились к магистральному нефтепроводу Малгобек – Тихорецк. Для этого они купили спецтехнику и проложили под землёй собственный трубопровод длиной 8 километров. Это была сложная система с промежуточными станциями – подземными бункерами, замаскированными под хозяйственные постройки и жилые дома в частном секторе. Преступники применяли специальное оборудование, которое управлялось дистанционно и позволяло выкачивать нефть из магистрали без заметных перепадов давления. На протяжении примерно пяти месяцев подпольный нефтепровод перегонял «чёрное золото» для переработки его в топливо полукустарным способом. Согласно оценке правоохранительных органов, преступники забрали из трубы нефть на 114 млн руб­лей.

Повторим, этот случай далеко не единичный. Но установить точный объём нефти, украденной из трубопроводов на территории России за последний год, не представляется возможным. Транспортировку более чем 85% российской нефти контролирует публичное акционерное общество «Транснефть» – крупнейшая в мире трубопроводная компания, собственником которой на 100% является государство. «Транснефти» принадлежит почти 70 тыс. километров магистральных трубопроводов, в 2017 году на них выявлено 289 нелегальных врезок. Советник президента компании Владимир Свинарев недавно заявил, что за минувший год число таких преступлений сократилось на 3,7% – уровень статистической погрешности. За последние пять лет врезок стало заметно больше (для сравнения: в 2012 году их было зарегистрировано всего 180).

«Транснефть» ежегодно отчитывается о борьбе с нелегальными подключениями, но само по себе количество врезок не позволяет оценить реальные масштабы воровства. Ещё в 2013 году эксперты отмечали, что на фоне общего снижения числа таких преступлений растёт уровень технического обеспечения преступников и соответственно объём похищенного.

В открытых источниках невозможно найти информацию о количестве нефти, украденной из российских трубопроводных систем, равно как и данные о суммарном ущербе от действий преступников. «Наша Версия» попробовала получить эти сведения посредством официального журналистского запроса в пресс-службу «Транснефти». Однако компания оставила запрос без ответа. Данное обстоятельство подталкивает к рассуждениям о причинах, по которым руководство ПАО «Транснефть» не желает обнародовать общую сумму украденного, но вернёмся к этому чуть позже.

То ли украли, то ли само утекло

Эксперты по-разному оценивают ущерб от воровства нефти из трубопроводных систем. В частности, аналитик компании «Универ Капитал» Дмитрий Александров заявил РБК, что только прямые потери нефтяников за сырьё могут составлять от 180 до 800 млн долларов ежегодно. Цифры эти прозвучали в 2013 году, но, судя по всему, они актуальны и сейчас. Никаких значимых свидетельств об изменении ситуации с воровством нефти с тех пор не появилось.

Обратим внимание на то, что приведённая выше оценка касается стоимости украденного сырья, реальный ущерб от врезок может быть в несколько раз выше. Речь идёт о потерях нефтяников из-за задержки поставок и ухудшения качества продукта. Прямые экономические потери нефтяных компаний от врезок могут составлять 55–106 млрд рублей ежегодно, заявила ранее аналитик ВТБ Капитал Ольга Даниленко. Сумма налогов, которую недополучает при этом бюджет, может достигать 19–37 млрд рублей. А ещё государству приходится тратить десятки миллионов рублей на устранение последствий утечек нефти и нефтепродуктов.

Нередки случаи, когда для наполнения одной цистерны преступники разливают целое нефтяное озеро. За примерами далеко ходить не надо. В июле 2016 года в Подольском районе Московской области из-за нелегальной врезки произошёл разлив 12 тонн солярки. Площадь загрязнения превысила 40 тыс. квадратных метров, сотрудникам МЧС пришлось удалить с этого участка всю растительность. Кроме того, солярка попала в реку Раковку, из которой было откачано и утилизировано 500 кубометров воды. Чтобы понять масштабы экологических проблем, достаточно знать, что на большинстве трубопроводов нефть и топливо перекачиваются по трубам диаметром 1,2 метра под давлением 45 атмосфер. При повреждении трубы высота нефтяного фонтана может достигать 50 метров.

Кстати, в связи с этим вспоминается трагедия, случившаяся 12 августа 2015 года на берегу Москвы-реки в районе Поречной улицы. Люди устроили пикник, жарили шашлыки. Внезапно на берегу вспыхнуло пламя, которое мгновенно перекинулось на воду, где загорелось мазутное пятно площадью около 100 квадратных метров. В результате ЧП пострадали три человека, в том числе ребёнок. Один из пострадавших впоследствии скончался в больнице.

После первых исследований возникло предположение, что причиной стала авария на нефтепроводе компании по транспортировке нефти «Транснефть». Однако её представитель Игорь Дёмин заявил, что повреждений системы нефтепровода, проходящего по дну Москвы-реки, зафиксировано будто не было. Кроме того, в «Транснефти» уточнили, что авария произошла на 29-м участке отвода на Московский нефтеперерабатывающий завод (МНПЗ). Известно, что отвод на Московский НПЗ от кольцевого магистрального нефтепродуктопровода (КМНПП), пролегающего вокруг Москвы, имеет три нитки – для прокачки авиакеросина, бензина и дизельного топлива. Правда, официальный представитель Московского НПЗ Наталья Пятыгина сообщила, что утечка нефтепродуктов произошла на нефтепроводе, «не принадлежащем предприятию». Позиция завода сильная: «нефтепродуктопроводов, принадлежащих нам, вообще нет за пределами ограждения МНПЗ». «Наша Версия» направила в «Транснефть» официальный запрос по этому поводу, но пресс-служба компании его проигнорировала.

Спустя два с половиной года после ЧП мы не обнаружили никаких сведений о том, кто понёс ответственность за неф­тяной разлив, приведший к гибели человека в столице России. Что же это за компания, которая может безнаказанно устроить подобное?

Сколько стоит капля нефти

Стремление руководства «Транснефти» к закрытости вопреки тому, что она является публичным акционерным обществом и принадлежит государству, не может не вызывать вопросов. Тем более что самостоятельно компания нефть не добывает, а лишь предоставляет другим нефтяникам услуги по транспортировке сырья на перерабатывающие заводы. Это обстоятельство не мешает «Транснефти» успешно торговать «чёрным золотом» – так называемыми, излишками, которые оседают в её трубопроводах и резервуарах при перекачке. Как это возможно?

Чуть больше года назад вокруг этого разразился громкий скандал: транспортную компанию заподозрили в «присвоении» до 0,7 млн тонн нефти ежегодно под видом «технологических издержек». В частности, об этом заявил член комитета по энергетической стратегии России Торгово-промышленной палаты РФ Рустам Танкаев. Впоследствии «Транснефть» обязалась скорректировать нормативы потерь при перекачке нефти в сторону их снижения. Руководство трубопроводной монополии сообщило тогда о программе технического перевооружения и назвало конкретные сроки её реализации. Однако в марте 2018 года пресс-служба «Транснефти» не смогла рассказать «Нашей Версии» о результатах выполнения этой программы и об объёмах «технологических потерь» на данный момент.

Было бы интересно сравнить эту цифру с объёмом нефти, украденной через врезки. Не сопровождалось ли снижение «усушки и утруски» увеличением объёмов хищений? Но пока нам остаётся вспомнить старый анекдот: «Сколько стоит капля водки? – Нисколько. – Тогда накапайте, пожалуйста, стаканчик». Вот и нефтяные доходы успешно капают в карман топ-менеджеров «Транснефти». Согласно сведениям, опубликованным на сайте компании, в 2016 году (отчёт за 2017-й не опубликован) она потратила на вознаграждения членов совета директоров 43,8 млн рублей. Суммарное вознаграждение президенту «Транснефти» Николаю Токареву и членам правления (10 человек) в том же году составило 902,2 млн рублей.

КСТАТИ

В 2013 году «Транснефть» добилась создания собственной ведомственной охраны. По сути, это настоящая частная армия, которая имеет возможность приобретать не только гражданское и служебное оружие, но и спецсредства. Удивительно, что после появлений таких подразделений число нелегальных врезок в нефтепроводы выросло в 1,5 раза (с 180 случаев в 2012 году до 289 в 2017-м). Недавно появилась информация о том, что «Транснефть» добивается расширения полномочий своей охранной структуры, а именно – позволить ей оформлять правонарушения, предусмотренные ст. 11.20.1 КоАП – «Нарушение запретов либо несоблюдение порядка выполнения работ в охранных зонах магистральных трубопроводов». Если это произойдёт, охранная фирма обретёт полномочия государственного органа.