«О деньгах не говорим»

Как стало известно “Ъ”, за получение взятки $50 тыс. Басманный райсуд вчера приговорил в особом порядке к восьми годам колонии бывшего старшего следователя по особо важным делам главного следственного управления (ГСУ) СКР Александра Сорокина. Взятка передавалась ему за возбуждение уголовного дела и арест активов совладельцев банка «БФГ-кредит» — известного кинопродюсера Юрия Глоцера и его сына Филиппа, а также признание потерпевшей от их действий еще одного акционера банка — Тамары Хорошиловой.

Заседание началось с полуторачасового опоздания, во время которого представители защиты экс-следователя, для которого гособвинение затребовало восьмилетний срок заключения, решив, что он может обойтись без дополнительного наказания в виде штрафа, выражали надежду на относительно мягкое наказание. Однако этого не произошло. Судья Артур Карпов, отметив наличие у подсудимого трех малолетних детей, наград, признание тем вины и положительную характеристику (заместитель руководителя ГСУ СКР Михаил Гуревич называл в ней экс-подчиненного «вдумчивым и опытным сотрудником», прежде не имевшим «нареканий по службе»), признал бывшего следователя виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 6, ст. 290 УК РФ (получение взятки в особо крупном размере). А «учитывая тяжесть преступления», отправил в колонию особо строгого режима на восемь лет. «iPhone и пиджак вернуть осужденному»,— заканчивая чтение приговора сказал судья. «Пиджак же ваш?» — спросил господин Карпов у Александра Сорокина. «Мой»,— согласился осужденный, глядя на рыдающую жену, которая пришла поддержать его в суд.

Как следовало из оглашенного приговора, Александр Сорокин был задержан оперативниками управления «М» ФСБ вечером 1 декабря прошлого года. Задержали же следователя по особо важным делам практически у служебного входа в центральное здание СКР в Техническом переулке, откуда он вышел после работы. Чекисты, осматривая, Chevrolet Cruze следователя Сорокина, обнаружили в нем обработанный спецсоставом «фирменный пакет» из супермаркета «Перекресток», в котором находились $50 тыс. Впрочем, судя по материалам дела, лишь $20 тыс. из этой суммы были настоящими, остальные — «листами печатной продукции».

По данным следствия, Александр Сорокин с октября 2016 года расследовал уголовное дело о растрате (ч. 4 ст. 160 УК РФ) руководством банка «БФГ-кредит» 2,3 млрд руб., которая была совершена накануне отзыва у учреждения лицензии. Деньги из банка, где держали свои средства в том числе «Первый канал. Всемирная сеть» и ВГТРК, выводились под видом выдачи кредитов компаниям-однодневкам.

Одним из свидетелей по делу проходила совладелец «БФГ-кредита» Тамара Хорошилова, которая считала, что накануне краха банка с ее счетов были незаконно выведены $44 млн. После допроса 14 ноября 2016 года она согласилась на предложение своего адвоката Вадима Мышлявкина оказать «материальную помощь» следователю Сорокину. В ответ свидетель требовала перевести ее в статус потерпевшей, а также возбудить уголовное дела и арестовать активы еще двух акционеров «БФГ-кредита» — известного кинопродюсера Юрия Глоцера и его сына Филиппа.

Следователь согласился, но объяснил на одной из встреч адвокату Мышлявкину (банкир в переговорах не участвовала), что второй пункт устных требований выполнить практически невозможно. Адвокат, а их встречи со следователем проводились в ресторанах, а также в служебном кабинете Александра Сорокина на седьмом этаже центрального здания СКР, настаивал на выполнении всех условий. При этом он записывал переговоры на диктофон — эти записи и легли затем в основу обвинения. Во время одной из встреч следователь, как следует из приговора, указательным пальцем написал на стене цифру 100, обозначив сумму взятки и уточнив — «американских». При этом Сорокин просил передать всю сумму сразу и побыстрее, выражая недовольство длительностью переговоров.

Как следует из материалов дела, Тамара Хорошилова для сбора всей требуемой суммы обратилась к своему бывшему мужу, экс-главе «Мосэнерго» Александру Ремизову. Но в итоге стороны договорились, что взятка будет передана двумя равными частями по $50 тыс. В ответ следователь пообещал, что 8 декабря 2016 года он вызовет Хорошилову на допрос, во время которого и вынесет постановление о признании ее потерпевшей. Однако свидетель обратилась в ФСБ, приложив к своему заявлению аудиозаписи, сделанные ее адвокатом. Разговор между Мышлявкиным и Сорокиным 30 ноября проходил уже под контролем чекистов — за несколько часов до встречи в здании ФСБ адвокату была выдана соответствующая аудио- и видеоаппаратура.

Стоит отметить, что 1 декабря, получив от адвоката первую часть требуемой суммы, следователь шепнул собеседнику: «О деньгах не говорим». Эта запись также была использована против Александра Сорокина, в отношении которого его бывшие коллеги по ГСУ СКР возбудили уголовное дело.

Упоминавшийся в материалах дела Юрий Глоцер отметил “Ъ”, что «взяточник получил по заслугам», но он недоумевает, почему следствие и суд не дали «характеристику действиям Хорошиловой и Ремизова», которые, как считает кинопродюсер, «подталкивали следователя к получению взятки». При этом следует отметить, что, согласно примечанию к ст. 290 УК РФ, лица, добровольно сообщившие о вымогательстве у них взяток, освобождаются от уголовной ответственности.

Защита осужденного Сорокина осталась недовольна сроком назначенного наказания и собирается в этой части обжаловать приговор в Мосгорсуде.