Олег Коршунов брал, но в долг

Как стало известно “Ъ”, в завершающую стадию вступил проходящий в Замоскворецком райсуде столицы процесс над бывшим замдиректора ФСИН Олегом Коршуновым. Он и двое его экс-подчиненных из тюремного ведомства обвиняются в получении взяток и растрате более 150 млн руб. В июне господин Коршунов уже был осужден на семь лет за хищение более 260 млн руб., но только недавно ему вручили текст судебного решения. Господин Коршунов вину не признает, а его защита по обстоятельствам выявленных нарушений допросила следователя по этим делам и подсудимую, ранее признававшую вину. По словам последней, были не взятки, а займы.

Следователь главного следственного управления СКР Андрей Вениаминов вел практически все громкие уголовные дела, связанные с коррупцией в тюремном ведомстве,— о хищениях на консервном заводе ФСИН, а также первое уголовное дело господина Коршунова, которое, как сообщал “Ъ”, закончилось вынесением ему Гагаринским райсудом семилетнего приговора за хищение (ч. 4 ст. 159 УК РФ) более 263 млн руб. при производстве обуви для нужд ФСИН. Защита, в свою очередь, отмечает, что потребители получили эту обувь, износили, а ее остатки списали.

Андрей Вениаминов давал показания около полутора часов, причем большую часть времени вопросы ему задавали защитники обвиняемых. Последних, в частности, интересовали особенности переговоров следователя с одной из будущих подсудимых — экс-начальником отдела государственного оборонного заказа и бюджетного планирования ФСИН Светланой Алексеевой. В отличие от Олега Коршунова и третьего фигуранта дела — бывшего начальника отдела автобронетехники, плавсредств и горюче-смазочных материалов управления тылового обеспечения Алексея Данилова, она свою вину в растрате и вымогательстве взяток (ст. 160 и ст. 290 УК РФ) признала уже после завершения расследования дела и изучения его материалов. Отметим, что речь шла о помощи в заключении контрактов на поставку в тюремное ведомство сахара и ГСМ от структур бизнесвумен Марины Дюковой. Последняя, кстати, также призналась и получила в особом порядке два с половиной года заключения. Между тем адвокатов господ Коршунова и Данилова интересовало, зачем оперуполномоченный ФСБ и следователь несколько раз навещали в СИЗО «Лефортово» без адвоката Светлану Алексееву перед ее признанием, почему женщина отказалась от своего прежнего защитника и каким образом все это, по их версии, не было отражено в материалах расследования. Визиты в «Лефортово» были подтверждены, однако объяснить, почему это не было задокументировано, следователь не смог.

«Через полтора месяца после завершения ознакомления с уголовным делом и многочисленных встреч с оперативником Алексеева неожиданно заявила о смене адвоката и признании вины, попросив о дополнительном допросе, что следователь и сделал»,— пояснил “Ъ” адвокат господина Коршунова Сергей Старовойтов, отметив, что его клиенту в таком допросе было отказано. Но когда дело оказалось в суде, госпожа Алексеева снова заявила, что вину не признает.

После допроса следователя судья предложила защите начать представление своих доказательств. Впрочем, в ответ ей был заявлен отвод — адвокаты посчитали, что при допросе этого и других свидетелей судья заняла сторону обвинения, лишив защиту возможности подготовиться к представлению доказательств. Интересно, что адвокат Светланы Алексеевой был против отвода судьи, но его подзащитная неожиданно ходатайство других защитников поддержала.

Судья Наталья Чепрасова отказалась уйти из процесса, предложив стороне защиты продолжить слушания. У защиты госпожи Алексеевой было лишь два вопроса — признает ли она себя виновной и подтверждает ли свои признательные показания с новым защитником. Светлана Алексеева ответила, что признает и подтверждает. На вопросы же других защитников она периодически отвечать отказывалась, ссылаясь на ст. 51 Конституции, позволяющую не свидетельствовать против себя. «Впрочем, позже она все-таки разговорилась, и признание вины получилось странным»,— сообщил “Ъ” адвокат Старовойтов. Он пояснил, что подсудимая ответила на ряд основополагающих для суда вопросов. Со слов подсудимой следовало, что она сама вступила в некие неформальные отношения с Мариной Дюковой. Правда, согласно ее показаниям, касались они всего лишь предоставления ей информации раньше других и проверки ошибок в документах. Госпожа Алексеева также сообщила, что занимала у госпожи Дюковой деньги, но с господином Коршуновым ими не делилась. То есть не передавала ему взятки.

По предположениям участников разбирательства, процесс завершится уже в следующем году. «Мы будем настаивать на полном оправдании и реабилитации Олега Коршунова»,— заявил “Ъ” защитник Старовойтов.