От Галяминой до Барановского: как и за что задерживают муниципальных депутатов.

 Сейчас в СИЗО находится Кетеван Хараидзе, представляющая Тверской район Москвы. Еще трое, Люся Штейн, Константин Янкаускас и Дмитрий Барановский — фигуранты так называемого «санитарного дела». Как с этим связаны предстоящие выборы в Госдуму, и можно ли это уже считать новой тенденцией, — в материале «МБХ медиа».

Удобный предлог

Уголовные дела возбуждались против муниципальных депутатов и ранее. Прошлым летом на скамье подсудимых оказалась представитель Тимирязевского района Москвы Юлия Галямина, ее признали виновной по статье 212.1 УК РФ (неоднократное нарушение правил проведения акций). Всего ей вменяли шесть эпизодов. По закону дело по этой статье может быть возбуждено только в том случае, если на момент его возбуждения у человека есть более двух судебных решений по статье 20.2 КоАП, вступивших в силу в течение полугода. У муниципального депутата таких как раз оказалось два — за участие в предыдущих протестных митингах.

Формальным поводом для возбуждения уголовного дела в отношении Галяминой стала несогласованная акция против поправок в Конституцию, прошедшая летом 2020 года. В декабре суд приговорил Галямину к двум годам лишения свободы условно, хотя изначально прокурор запрашивал три года колонии общего режима. Именно такое наказание по этой статье получил активист Ильдар Дадин. Позже его приговор был отменен Верховным судом, а порядок применения 212.1 УК РФ был разъяснен: следствие должно доказать, что акции повлекли причинение или угрозу причинения вреда здоровью, имуществу, окружающей среде, общественному порядку, безопасности. Несмотря на то, что адвокаты Галяминой настаивали на том, что мирные шествия не могли навредить окружающим, обвинение утверждало, что граждане могли таким образом потенциально заразиться коронавирусом. 

Согласно принятым летом 2020 года поправкам в законодательство, Галямина и другие обвиняемые по статье 212.1 УК РФ не могут выдвигаться на выборы в течение пяти лет после погашения судимости. 

По мнению главы Политической экспертной группы Константина Калачева, аресты и задержания муниципальных депутатов напрямую связаны с их политическими амбициями и желаниями. 

«Понятно, что на каждого человека можно найти досье и папку компромата, но те люди, которые могут выйти с муниципального уровня на федеральный, находятся под пристальным вниманием компетентных органов. И на них уже давно, как на потенциальных участников выборов, собирали компромат с целью найти любые поводы, реальные и не очень, чтобы возбудить уголовные дела, — пояснил “МБХ медиа” Калачев. — Любой такой депутат в Госдуме станет проблемой. В данном случае и один в поле воин. Очевидно, что муниципальная политика пока еще вещь открытая, если люди занимаются только ей, то проблем нет». 

Именно поэтому, по мнению политолога, заявления об участии в предстоящих федеральных выборах, оборачиваются проблемами для кандидатов. Такой же сценарий прослеживается в истории муниципального депутата Кетеван Хараидзе, представляющую Тверской район Москвы. Сейчас женщину обвиняют в мошенничестве в особо крупном размере, она арестована до 13 августа. По этой статье Хараидзе грозит до десяти лет лишения свободы и штраф до миллиона рублей. За месяц до случившегося муниципальный депутат заявляла на своей странице в Facebook, что собирается участвовать в осенних выборах в Госдуму. 

«Санитарное дело»

Угроза распространения коронавирусной инфекции легла в основу целой серии задержаний и арестов в 2021 году. В так называемом «санитарном деле», которое возбудили по статье 236 УК РФ (нарушение санитарно-эпидемиологических норм) сразу после январских протестов, фигурируют имена сразу трех муниципальных депутатов: Люси Штейн, Константина Янкаускаса и Дмитрия Барановского. По версии следователей, они опубликовали в своих соцсетях призывы выйти на акцию в поддержку Навального 23 января, что создало угрозу «массового заболевания людей» COVID-19, так как в мероприятии участвовали два десятка людей, находящихся под наблюдением системы «Социальный мониторинг», отслеживающей болеющих ковидом или находящихся в карантине.

Из трех мундепов, проходящих по этому делу, под домашним арестом сейчас находится только Дмитрий Барановский. Мосгорсуд смягчил меру пресечения Люсе Штейн и Константину Янкаускаусу еще в апреле, назначив им запрет определенных действий. Так, например, они не могут покидать дом с 20.00 до 6 часов утра, общаться с другими фигурантами дела и пользоваться почтой. Накануне Люся Штейн вновь была задержана и арестована  — на этот раз уже на 15 суток за неповиновение сотруднику полиции. По словам ее адвоката Дмитрия Захватова, формальным основанием для составления протокола стало то, что муниципальный депутат не предоставила по первому требованию паспорт. 

Несмотря на то, что планы по участию в осенних парламентских выборах были не у всех вышеперечисленных, некоторые из них после «санитарного дела» передумали избираться. Так, например, Константин Янкаускас на своей странице в Facebook объявил, что не будет участвовать в избирательной кампании в Госдуму. Пока муниципальный депутат района Зюзино находился под домашним арестом, от коронавируса умер его отец. Сейчас Янкаускас отказывается от любых комментариев журналистам.

Политолог Константин Калачев считает, что происходящее с мундепапами пока что нельзя называть правовым беспределом. «Властям нужен формальный повод, а он всегда есть. Правоприменительная практика выглядит избирательной, но приличия как бы соблюдены. Силовики остаются на позициях правового государства. Создается куча новых запретов, которые нельзя не нарушить, но как известно, строгость законов в России компенсируется необязательностью их исполнения в некоторых случаях. Власти создают нормативную базу, чтобы потом абсолютно по закону не дать внесистемной оппозиции добиться хоть чего-то», — резюмирует Калачев.