Почти каждое российское силовое ведомство имеет собственный храм. Свои соборы есть у МВД, МЧС, ФСБ и подразделения ОМОН. C недавних пор такой появился и у Росгвардии. Его строили почти пять лет на деньги генералов, крупных инвесторов, друзей мэра, патриарха и бюджетников.
Красный мрамор и стеклофибробетон
Зажатый между жилыми домами, спортивной площадкой, парковкой и детским садом, Князь-Владимирский храм с ярко-красной облицовкой и гранитной стелой выбивается из типовой застройки спальных районов Балашихи. Прихрамовая территория больше похожа на мемориальный комплекс: полукруг из белоснежных панелей напротив входа в собор рассказывает историю Росгвардии. Повествование занимает двенадцать стендов и берет начало с войск правопорядка в Российской империи (хотя ведомство в нынешнем виде было сформировано менее пяти лет назад). Панели из стеклофибробетона с барельефами военнослужащих внутренних войск разных эпох дополнены справочной информацией, набранной убористым белым шрифтом — разглядеть его можно только вблизи и при удачном освещении.
Официального открытия храма еще не было, но с 2018 года по особым поводам тут проходят богослужения. Например, в январе здесь впервые прошли рождественская служба и крещенские купания. Купель была оборудована в нижнем храме, который работает, пока на других этажах идет стройка. Здесь же был установлен деревянный резной иконостас, специально созданный художниками мастерской при храме Алипия Печерского. Этажом выше — еще один иконостас, выполненный из двух видов мрамора: белого уральского и красного савойского. В остальном при строительстве использовались более современные материалы, которые позволяют сократить сроки и стоимость работ. Так, конструкции здания церкви выполнены из железобетона с кирпичным заполнением, а своды — из бетона на металлокаркасе.
Сколько стоило строительство храма, не сообщалось. В разговоре с «МБХ медиа» архитектор проекта Александр Колосов затруднился с ответом на этот вопрос, поскольку смета и реальные расходы, по его словам, «имеют мало общего друг с другом». Процесс возведения таких зданий порой затягивается на годы, а пожертвования могут иметь разную форму — от покупки стройматериалов до физической помощи в выполнении тех или иных работ на объекте. Поэтому учесть это заранее в проектной документации невозможно.
По расценкам финансово-хозяйственного управления РПЦ, в 2015 году сооружение церкви аналогичного размера на 500 прихожан в среднем обходилось в 250-500 миллионов рублей. Для сравнения: на храм Вооруженных сил РФ в парке «Патриот» потратили больше шести миллиардов, часть из которых была выделена из бюджета Москвы.
По росинке от «Росинки»
В проект храма не вложили «ни одной бюджетной копейки», рассказывал на этапе закладки храма экс-заместитель главы Росгвардии Сергей Меликов. В ведомстве подчеркивают, что большой вклад в строительство внесли сами военнослужащие и члены их семей, проживающие здесь же рядом с церковью, в балашихинском микрорайоне Дзержинского. В официальном перечне жертвователей, опубликованном на сайте ведомства, всего несколько десятков имен. Среди них — директор Росгвардии Виктор Золотов, депутат и бывший вице-мэр Москвы Владимир Ресин, генеральный директор строительной компании «КРОСТ» Алексей Добашин.
Несмотря на то, что военнослужащие на «добровольно-принудительные» поборы во время строительства не жаловались, далеко не все указанные в списке жертвователи смогли подтвердить добровольность своего участия. В перечне, помимо меценатов, больше 50 бюджетных учреждений. В основном — местные школы, детские сады и центры дополнительного образования и творческого развития. Фамилии высокопоставленных генералов чередуются с подмосковными образовательными учреждениями «Радуга», «Росинка» и «Полянка».
«МБХ медиа» отправило запросы сорока организациям из списка. В администрации пяти школ не смогли точно ответить, как проходили сборы средств на строительство храма. В детском саду «Светлячок» рассказали, что пожертвования сотрудников были коллективными и добровольными, а родители в этом не участвовали. Педагоги одной из школ на условиях анонимности рассказали, что пожертвования собирались по указке «сверху» от администрации города Балашиха — она тоже числится среди основных жертвователей храма Росгвардии. Увольнением никому не угрожали, но настоятельно советовали сдать деньги «на благое дело». Бывшая преподавательница одного из детских центров сообщила, что сборам предшествовала активная информационная рассылка по всем бюджетным учреждениям, а сдавали деньги все сотрудники, «под подпись».
Запрос «МБХ медиа» в администрацию Балашихи на момент выхода статьи остался без ответа.
«Здесь красиво и дорожки хотя бы есть»
Возвести храм глава Росгвардии Золотов решил сразу после появления ведомства, в 2016 году. Решение согласовали с патриархом Кириллом, к концу года заложили первый камень и освятили крест. Одноглавую церковь на 500 человек назвали в честь великого князя Владимира, который считается официальным покровителем Росгвардии.
О том, кому принадлежит храм, можно догадаться и по цветовой палитре, выбранной для отделки комплекса. Сочетание цветов, как и мраморный иконостас, отсылает к официальной символике федеральной службы войск и «краповым беретам», объяснят задумку архитектор Александр Колосов. Для его архитектурно-конструкторского бюро этот храм не первый — ранее он участвовал в программе «200 храмов», которую курирует депутат Госдумы Владимир Ресин. В рамках этого сотрудничества он, к примеру, проектировал собор на территории Академии ФСБ.
Место для возведения храма Росгвардии выбрано неслучайно: рядом базируется отдельная дивизия оперативного назначения имени Дзержинского (ОДОН). В соседнем микрорайоне, носящем ту же фамилию, проживает большое количество военнослужащих и ветеранов внутренних войск МВД. По словам заведующего сектором по взаимоотношениям с Росгвардией синодального отдела по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными органами Романа Богдасарова, военнослужащие и их родственники, предположительно, будут составлять основную часть прихожан.
Сейчас на территории храма продолжаются отделочные работы. На заднем дворе стоят строительные бытовки, а рабочие периодически снуют через ворота на перекур — возле церкви они курить стесняются. Открыть церковь планируют к весне. «Как Бог даст», — говорит щурясь один из рабочих, доставая из кармана пачку сигарет.
Посетителей здесь пока немного — вокруг нарезает круги молодая женщина с коляской, одинокий пенсионер изучает расписание богослужений, висящее на железных воротах. «Здесь красиво и дорожки хотя бы есть. У нас везде они сугробами завалены, а тут убирают. Возле дома с коляской почти невозможно ходить», — говорит Екатерина, которая гуляет с маленькой дочкой у недостроенного храма каждый день.
«Я не видел ни одного положительного комментария на этот счет ни в одной районной группе. Мне кажется, что это не совсем то, что способствует развитию патриотизма в стране», — считает Егор Казачков, проживающей в десяти минутах ходьбы от собора. По его словам, хоть в Балашихе и не хватает храмов, жители от такого соседства не в восторге. «Возможно, просто голоса недовольных звучат громче, и надо получше прислушаться», — добавляет он.
Истинный храмостроитель
Основной участник стройки (помимо учителей и других бюджетников) — проектно-строительная фирма «КРОСТ». Она выступила сразу в двух ролях: благотворителя и генерального подрядчика. Стеклофибробетон, из которого изготовлены кипенно-белые панно мемориального комплекса, лепные оконные наличники и дверные порталы храма и дома причта — повод для гордости концерна, владеющего несколькими бетонными заводами. Этот же материал активно используется и в других проектах компании: жилищном комплексе «Невский», Хорошевской гимназии, Ледяной пещере парка «Зарядье». «КРОСТ» на протяжении десятилетий является официальным застройщиком РПЦ, а его директор Алексей Добашин был награжден за деятельность «на благо России» медалью Сергия Радонежского.
Только в рамках программы «200 храмов» компания построила четыре церкви, две из которых также связаны с силовыми структурами. Это храм Иверской иконы Божией Матери на территории Академии ФСБ на Мичуринском проспекте и храм в честь иконы Божией Матери «Державная» у Главного управления МВД. Кроме того, собор в честь Николая Чудотворца для российской сборной по волейболу в Анапе также возводил концерн — по поручению секретаря Совбеза Николая Патрушева, председателя наблюдательного совета Всероссийской федерации волейбола, экс-директора ФСБ и одного из близких друзей Владимира Путина. С самим президентом Добашин тоже знаком: в 2012 году бизнесмен выступал доверенным лицом в предвыборной кампании президента.
«Я совершенно убежден, что каждая церковь, собор, часовня покрывают невидимой защитой окружающие дома, улицы и всех живущих и находящихся в непосредственной близости. Светлые силы создают покров», — отвечал Добашин на вопрос о том, почему компания так заинтересована в строительстве церквей.
Возможно, причина в другом. Добашин давно дружит с куратором программы «200 храмов» Владимиром Ресиным.
Знакомы храмостроитель и депутат давно, еще с 1990-х. «Стараюсь перенять его умение идти на компромиссы, порой договариваться себе в убыток. […] А главное — Ресин научил меня порядочности», — объяснял Добашин слова своего учителя. По данным РБК, позже именно Ресин попросил генерального директора «КРОСТ» вложить в программу по строительству храмов в пешей доступности от дома около 350 миллионов рублей. Редакция направила вопросы в пресс-службу депутата Владимира Ресина и компании «КРОСТ» о том, во сколько обошлось строительство храма, и по какой причине генподрядчиком был выбран именно этот концерн.
Строительство храмов, знакомства и правильный политический вектор легли в основу успешного бизнеса. В 2018 году уже собственная компания Алексея Добашина «КРОСТ» вошла в число основных застройщиков по программе реновации Москвы, выиграв ряд тендеров на строительство и проектирование стартовых домов общей суммой более 57 миллиардов рублей. Объем проектируемого жилья в 2019 году составил 1 миллион квадратных метров.
Transparency International называла бывшего заместителя мэра Москвы Владимира Ресина ключевым разработчиком закона о реновации столицы. Советник Сергея Собянина, действующий депутат Госдумы на протяжении десятилетий курировал строительные вопросы города, имел личный кабинет в правительстве Москвы и дружеские отношения со многими концернами. «Мы знаем случаи, когда власти просят компанию о каком-то одолжении, а потом взамен обеспечивают им победу в каких-то крупных государственных тендерах», — объясняет генеральный директор Transparency International Илья Шуманов.
Не церквями едиными
Интересы компании «КРОСТ» простираются далеко за границы программы реновации и строительства церквей. В 2020 году мэрия Москвы заключила крупнейший контракт на закупку бетонных бордюров общей стоимость 3,2 миллиарда рублей. Победителем тендера оказался ООО «Бетонный завод №222», который входит в концерн наряду с еще несколькими предприятиями. Кроме того, «КРОСТ» участвовал в возведении инфекционной больницы в Коммунарке, но сумма вознаграждения за эту услугу не озвучивалась.
Реновация в Москве, как и программа «200 храмов», далеки от завершения. Но будущее партнерство выгодно не только мэрии, концерну «КРОСТ» и другим строителям. Журналист и религиовед Сергей Чапнин уверен, что государству выгодно смешение военных ритуалов с религиозными.
«За последние двадцать лет РПЦ стала своего рода государственной корпорацией со своими собственными интересами и начала активно взаимодействовать с другими структурами. Функция по созданию убедительной картины мира, на которой строится новая идеология — это задача, которую государство само по себе выполнить не может. Ее и делает церковь: она приглашает священнослужителей, добавляет к военным ритуалам церковные. Это точка, где встречаются интересы церкви и государства».
Персональный храм Виктора Золотова
Кто спонсировал храм Росгвардии в Балашихе.