Пьяные дебоши главы AEON вылезли наружу

В городском квартале «Ривер Парк» в Москве на набережной установлена демонстрационная площадка с макетом фасада, запроектированного для корпусов второй фазы. Проект представлял вице-президент строительной компании AEON Corporation Дмитрий Старостин. AEON Corporation принадлежит Роману Троценко, а способы ведения им бизнеса явно требу.т такого топ-менеджера, как Старостин. Последний, как рассказали источники Rucriminal.info, имеет за плечами целый «букет» обвинений в уголовных преступлений и приговоров. Как за экономические преступления, так и за банальные пьяные драки.

Дмитрий Старости в 1994 году окончил с красным дипломом Московское Высшее общевойсковое командное училище имени Верховного Совета РФ, служил в должности командира взвода в том же училище. Середина-конец 90-х годов были такими временами, когда российская армия влачила жалкое существование, офицерский состав в массовом порядке уходил в бизнес, что бы иметь возможность содержать семьи. Не стали исключением и высшее офицеры, командовавшие Старостиным, в частности Олег Зеленский. Он перешел заместителем гендиректора ООО «Кудесник», которое занимается производством и продажей грузоподъемной техники. Зеленский пригласил в фирму Дмитрия Старостина, занявшего в ней должность начальника отдела торговых операций. Молодой офицер весьма неплохо зарекомендовал себя в фирме и вскоре его «бросили» на ответственное направление. ООО «Кудесник» приобрел в Костромской области Галический автокрановый завод. В результате Старостин был направлен туда вначале коммерческим директором, а потом занял должность и генерального директора. Повышение ему обеспечило то, что Дмитрий сумел моментально найти общий язык с местными властями, прежде всего с тогдашним губернатором Виктором Шершуновым.

А дальше, по мнению источников Rucriminal.info,  Старостиным стал страдать «болезнью», свойственной молодым топ-менеджерам той поры. Дмитрий начал забывать, что является всего-лишь наемным сотрудником, и воспринимал завод, как свой собственный, тратя его доходы по собственному усмотрению. В частности, часть средств предприятия пошла на предвыборную кампанию Шершунова. Когда в 2000 году Шершунов переизбрался на второй срок, то в качестве благодарности вскоре назначил Старостина вице-губернатором. Дмитрий сразу же после этого забыл и о своих армейских друзьях, позвавших его в «Кудесник», и о заводе. А вот на самом предприятие и его собственники, вспоминали Старостина недобрым словом, поскольку он оставил после себя массу крупных долгов. «Повисли» они на самом заводе. Хозяева предприятия пытались писать заявления, но дальше доследственных проверок дело не шло. Губернатор и его молодой зам сразу блокировали любые попытки возбудить дело.

Так продолжалось вплоть до 2002 года, когда Шершунов «сцепился» с прокурором Костромской области Иваном Кондратом, имевшим мощную поддержку в Генпрокуратуре. (Позже Кондрат стал заместителем генпрокурора). Он «реанимировал» заявления на Старостина, на вице-губернатора было возбуждено сразу два уголовных дела. Первое касалось «вольного» обращения со средствами Галичского завода. Как выяснили следователи, завод неожиданно стал поручителем по кредиту на 16 млн рублей, выданному Сбербанком «Костромской лесопромышленной компании». Впрочем, неожиданным такое поручительство стало только для сторонних людей. Лесопромышленная компания была создана по распоряжению Шершунова, принадлежала администрации области и считалось «кормушкой» губернатора. А кредит Сбербанка, за которой пришлось расплачиваться заводу, поступил как раз перед предвыборной кампанией.

Так же на Старостина возбудили дело за хулиганство. Будучи топ-менеджером завода, вечера Дмитрий проводил в дорогих ресторанах, «набираясь» там до полувменяемого состояния. В 1998 году в очередном угаре, Старостин сильно избил некоего Н. Тарелкина, и наставил синяков  В. Мариничеву.    

Осенью 2002 года Старостин не явился на допрос, после чего был объявлен в розыск. Его задержали в Приволжском районе Ивановской области и поместили в СИЗО Костромы, изменив меру пресечения с подписки о невыезде на заключение под стражу. Однако адвокатам удалось доказать, что это был не побег, а служебная командировка, и заместителя губернатора вновь выпустили на время следствия под подписку о невыезде. При этом облпрокуратура рекомендовала губернатору освободить господина Старостина на время следствия от занимаемой должности. Виктор Шершунов отказался это сделать, объяснив, что доволен работой своего заместителя, а его причастность к хищениям еще не доказана.

Суд над Старостиным начался осенью 2002 года. К этому времени в деле появился еще один эпизод. Следствие выяснило, что накануне ухода господина Старостина с завода в обладминистрацию, то есть в период губернаторских выборов, он похитил у родного предприятия 147 тыс. руб. Согласно материалам обвинения, в течение полугода Дмитрий получал по специальной ведомости прибавку к зарплате, а кроме того, изымал из кассы завода по фиктивным документам десятки тысяч рублей. Обвинение настаивало на четырех с половиной годах лишения свободы для Дмитрия Старостина. В итоге за хищения суд присудил  Старостину три года заключения, а за эпизод с "нанесением вреда здоровью" в ресторане — два года. При этом срок был дан условно (суд учел положительные характеристики с работы).