«Росбалт» признан иноагентом с лицензией

15 октября Минюст внес учредителя агентства АО «РС-Балт» в реестр иностранных агентов — по традиции, не сочтя нужным уведомить об этом редакцию. Мы уверены, что никакого иностранного финансирования в деятельности АО «РС-Балт» не было, запрашиваем Минюст о причинах такого решения и рассчитываем на его отмену.

Высказывается много мнений о том, как работает механизм штамповки на средства массовой информации клейма иноагентов. Кто-то считает, что каждый случай получает одобрение в Кремле, кто-то — что машина, изначально призванная бороться с «явными врагами» и СМИ, реально финансируемыми иностранными государствами или их «агентами влияния», теперь пошла вразнос и натягивает сову на глобус.

Какая бы версия ни оказалась правильной, представляется, что это пагубная практика в первую очередь для самого государства, интересами которого объясняется преследование независимых СМИ. Ведь, во-первых, разрушается медиарынок, складывавшийся десятилетиями, генерирующий прибыль и исправно платящий налоги. Из-за нечетко прописанной в законе процедуры определения иностранного финансирования разрываются связи СМИ с рекламными агентствами и другими участниками экономической деятельности.

Во-вторых, система распознавания «свой — чужой», очевидно, изначально закладывавшаяся в институт иноагентов, перестает работать, когда практически все независимые СМИ попадают в соответствующий реестр Минюста. То есть государство просто объявляет все издания, которые с ним не связаны, «вражескими». И читателю, предпочитающему негосударственные источники информации, власти уже неспособны указать, какие СМИ выступают «агентами влияния» коварного Запада, — ведь у всех одинаковая плашка иноагентов.

Хотя, конечно, можно предположить, что в Кремле решили извести все независимые медиа, оставив только прогосударственные. Как, правда, российские власти будут объяснять эту северокорейскую ситуацию зарубежным партнерам, не очень понятно.

В-третьих, институт СМИ-иноагентов фактически приводит к запрету на профессию. Понятно, что издания, получившие такой статус, не будут крепнуть, журналистам и редакторам становится тяжелее работать с ньюсмейкерами, опасающимися гнева государства из-за «сомнительных» контактов. Некоторые рекламодатели и грантодатели тоже начинают проявлять осторожность — хотя представители российских властей не раз подчеркивали, что статус иноагента не должен влиять на профессиональную и коммерческую деятельность СМИ.

Из-за сложностей с финансированием многие профессиональные журналисты уже сейчас вынуждены покидать редакции, в которых порой проработали много лет. А некоторым и вовсе приходится уходить из профессии, поскольку найти достойную работу на медийном рынке становится все сложнее. Хорошо, если они достаточно молоды для того, чтобы начать жизнь с чистого листа. В противном случае они рискуют пополнить ряды безработных или малоимущих граждан, нуждающихся в помощи от государства. Сколько при этом произойдет личных трагедий, можно представить. Соответственно, государство само обременяет себя дополнительными социальными расходами в и без того экономически тяжелое время, сознательно увеличивая бедность в стране.

Одним словом, государству со всех сторон невыгодно массово штамповать иноагентов, но оно зачем-то продолжает это делать с упорством, достойным лучшего применения. Ощущение абсурда происходящего не покидает не только представителей медийной отрасли или тех, кто с ней так или иначе связан. В соцсетях шутят, что после решения по «Росбалту» от Минюста можно ждать чего угодно, и даже «Царьграду» стоило бы напрячься.

Пикантности ситуации с нашим «иноагентством» добавляет тот факт, что Twitter маркирует «Росбалт» как государственное агентство. Этот парадокс отмечают и СМИ в заголовках о вчерашнем решении Минюста, и блогеры. Государство как бы кусает себя за хвост — чем не тема для злой иронии?

Конечно, «Росбалт» никогда не был аффилирован с государством. И мы будем бороться за свое право оставаться независимыми и сохранить издание — и для себя, и для наших читателей.