Сергею Чемезову вместо дворца построили бункер со стенами метровой толщины

ГУ МВД РФ по Москве провело допросы и обыски по делу об особняке в «дворцовом стиле» главы «Ростеха» Сергея Чемезова и его супруги Екатерины Игнатовой. По версии следствия, известный архитектор Нана Эрнандес-Геташвили получила крупную сумму за работы на данном объекте, но ничего не сделала. В свою очередь, по версии знакомых архитектора, дом изначально был построен некачественно и в нем невозможно было осуществить задуманное.

Как рассказал источник, знакомый с ситуацией, сотрудники УВД ЦАО провели обыски в помещениях, принадлежащих матери и сестре Эрнандес-Геташвили. Также были допрошены почти все ответственные сотрудники фирмы «Эн Джи Синема», которой владеет архитектор. По версии следствия, «лицо, представившееся Эрнандес-Геташвили», решило совершить мошеннические действия в отношении Екатерины Игнатовой и обманным путем получило от последней свыше 1 млн рублей (за формулировкой «свыше 1 млн рублей» кроется сумма, превышающая несколько миллионов евро). Как полагают в УВД ЦАО, за эту сумму архитектор должна была осуществлять авторский надзор за строительством и отделочными работами особняка в подмосковном поселке Жуковка, а также закупить предметы интерьера. Однако обещанного сделано не было, деньги Игнатова назад не получила. Сергей Чемезов тоже принимал участие в решении вопросов, связанных со стройкой, но он в уголовном деле пока не упоминается. Эрнандес-Геташвили сейчас проживает за границей.

По мнению собеседника, чета Чемезов-Игнатова изначально задумывала грандиозный проект. По их замыслу, в Жуковке должен был быть возведен особняк площадью более 4 тыс. кв. м с бассейном, зимним садом и т. д. Предусматривалось, что высота потолков в гостиной будет 6-8 м, на других этажах — 4,5-5 м. Внутри здание должны были отделать в дворцовом стиле, а стены и потолки покрыть деревянными панелями. Интерьер особняка задумывался следующим: инкрустированные полы, мраморная мозаика, двери из сандалового и красного дерева. Мрамор, мебель, сантехника и шторы доставлялись из Италии. Однако в реальности все пошло совсем не по плану.

По версии собеседника агентства, когда дом семьи Чемезова был, в основном, построен, для участия в проекте была приглашена Эрнандес-Геташвили. Согласно договоренностям со своей давней знакомой Екатериной Игнатовой, архитектор осуществляла исключительно дизайнерский контроль за объектом. Это контроль за размерами помещений, положением комнат, за соответствием элементов дизайна проекту Эрнандес-Геташвили. К строительству дома она не имела отношения, а к интерьерным работам не могла перейти по объективным причинам.

«Профессиональный архитектор (не Эрнандес-Геташвили) выполнил только первую стадию проекта, а далее все работы велись „с листа", без строительной документации и предварительных смет, — высказал мнение источник", знакомый с ситуацией. — В результате появилось здание со стенами метровой толщины, с перекрытием более мощным, чем в бункере. Каждый инженер или строитель, видевший это здание, ужасался неоправданности конструкций и нелепости постройки в целом. Кровля была выполнена криво, и между нею и внешней стеной имелся проем, куда на протяжении нескольких лет сливались атмосферные осадки. Мокрые стены не позволяли производить отделку. Надо было ломать все внешние слои стен, просушивать и класть заново. Это, по сути, новое строительство. Были большие проблемы с коммуникациями. Например, через четыре года после начала строительства дома в бассейне они вообще отсутствовали. В сентябре 2013 г. Нане предложили взять всю стройку на себя. Но она отказалась, так как в контракте был указан срок — 1 год. Потом хозяева решили отдать строительство в руки компании, которая уже делала им объект в Акулинино. Но руководители этой компании после ознакомления высказали мнение, что дом легче взорвать и на его месте построить новый. Сергей Чемезов выходил из себя, когда посещал эту стройку».

По словам собеседника агентства, осуществляя дизайнерский контроль, Эрнандес-Геташвили постоянно констатировала неготовность объекта к отделке. Дом за грань черновых работ так и не вышел. Соответственно Нана не могла начать свои работы, хотя все необходимые для этого материалы и предметы интерьера уже были закуплены в Италии. «Нана заявляла, что дом к интерьерным работам не готов, поэтому у нее „связаны руки". Однако хозяева ей не верили, экспертизу заказывать не хотели. Все это приводило к конфликтам, особенно из-за денег, уже истраченных на интерьеры. Закончилась история уголовным делом. Хотя какой тут криминал? Исключительно гражданско-правовые отношения», — полагает источник.

Стоит отметить, что сейчас здание в Жуковке выставлено на продажу. Уголовное дело об «особняке Чемезова» соединено в одно производством с другим делом, связанным с возведением коттеджа главе «Данное постановление о возбуждении дела не выдерживает никакой критики. Там сказано, что в офисе на улице Гашека представители ООО „Интер-галс" передали наличными $3 млн представителям ООО „Эн Джи Синема" в рамках неких соглашений по работам в коттеджном поселке „Любушкин хутор" на территории населенного пункта Горки-2. Якобы неустановленные представители „Эн Джи Синема" работ не выполнили, а деньги могли присвоить. При этом нет номеров соглашений, дат их заключения, даже не говорится, устные это соглашения или письменные. То есть на территории РФ, где официальной валютой является рубль, одно юрлицо расплачивается с другим юрлицом не по безналу, а чемоданчиком, набитым долларами. В счет чего передаются деньги, тоже непонятно. Какой-то нонсенс», — высказал мнение собеседник, знакомый с ситуацией.

Стоит отметить, что ООО «Эн Джи Синема» принадлежит Эрнандес-Геташвили, официальными учредителями ООО «Интер-Галс» являются два офшора. Однако источник, знакомый с ситуацией, полагает, что данная фирма связана с Дмитрием Разумовым, на нее же был оформлен построенный им в «Любушкином хуторе» шикарный особняк, расположенный на участке в 7 га. По версии собеседника агентства, в счет этих $3 млн Эрнандес-Геташвили должна была сделать внутренние интерьеры коттеджа, но неожиданно Разумов решил продать поместье. В результате между ним и архитектором возникла конфликтная ситуация.