Война в Сирии продолжается с марта 2011 года. За это время, по данным ООН, погибли более 220 тыс. человек, а половина населения страны, 11 млн, стали вынужденными переселенцами. Москва с самого начала конфликта отказалась поддержать инициативы стран Запада и региона, которые позволили бы событиям развиваться по «ливийскому сценарию». При этом Россия участвовала в переговорах о политическом урегулировании, в том числе организуя у себя встречи сирийской оппозиции и правительства.
Этим летом впервые с начала конфликта российская сторона начала активно наращивать военное присутствие в Сирии. Действия России дали передышку президенту Башару Асаду, указывают эксперты, но ответ на вопрос о том, как будет ситуация развиваться дальше, должно дать выступление президента Владимира Путина в ООН.
Арена столкновений
Всего несколько недель назад режим Асада был в опасности: ему грозила потеря земель от Латакии до Дамаска, которые могли перейти под контроль «Джебхат ан-Нусры» и так называемого «Исламского государства» (ИГ, запрещенная в России организация).
С начала боев состав участников военных действий несколько раз менялся. Сейчас, по данным Reuters, с одной стороны, сражаются правительственная армия Сирии с примкнувшими к ней «Хезболлой» и нерегулярными вооруженными группами. Ей противостоят «Джебхат ан-Нусра», «Исламское государство», курды и так называемые умеренные повстанцы, в числе которых Свободная сирийская армия, сформировавшаяся в самом начале конфликта. Фактических участников намного больше, они формируют альянсы и перегруппировываются.
Под контролем правительственной сирийской армии находятся районы у побережья Средиземного моря — Латакия и Тартус, где расположен российский пункт материально-технического обеспечения ВМФ.
До начала войны в 2011 году сирийская армия насчитывала до 300 тыс. военных, но сейчас сократилась как минимум на половину, указывает Reuters. У Syrian Observatory for Human Rights другие данные: в 2014 году в армии оставалось около 70 тыс. человек.
Поддержку правительственной армии оказывают бойцы террористического ливанского движения «Хезболла», также на стороне Асада воюют бойцы из Ирана и Ирака, Тегеран также направил в Сирию своих советников. Президент Ирана Хасан Рухани обещал Асаду поддержку «до конца пути».
В последнее время численность поддерживающих режим сил оценивается примерно в 140 тыс. человек, половину из которых составляет сирийская армия, говорит военный эксперт Владимир Евсеев.
При этом в год режим может рекрутировать до 25 тыс. новобранцев. Этого недостаточно, чтобы одержать победу, но достаточно, чтобы купить время, пишет Езид Сеиг из Фонда Карнеги. Армии удается держаться в основном за счет технического преимущества, за пять лет боев она сильно измотана, а новобранцы не успевают пройти полный курс обучения, говорит Евсеев.
Форпостом ИГ, объявленной «столицей халифата», является сирийский город Ракка на севере страны. До 2013 года ИГ действовало в составе «Аль-Каиды». По данным на конец июня, бойцы ИГ контролировали почти половину территории Сирии. Это пояс малонаселенных территорий, тянущихся с северо-запада на восток страны, а также фрагменты в центральной части Сирии. Эта группировка наиболее нетерпима к меньшинствам и не признает государственных границ Сирии.
Борьбу с ИГ ведут не только сторонники режима Асада, но и другие вооруженные группы, такие как «Джебхат ан-Нусра», до сих пор являющееся подразделением «Аль-Каиды», указывают и Reuters, и другие источники. Именно это движение получило в марте контроль над частью провинции Идлиб на северо-западе, а также над несколькими районами на юге страны.
Значительную часть территории в районе Алеппо и Идлиба на северо-западе контролирует Свободная сирийская армия. Она причисляется к умеренным силам, так как готова гарантировать права меньшинств, в том числе алавитов, к которым принадлежит семья Асадов.
Одной из наиболее сильных и перспективных группировок, противостоящих Асаду, The New York Times считает салафитскую «Ахрар Аль-Шам», имеющую поддержку монархий Персидского залива. Группировка участвовала в захвате Идлиба весной этого года. Как пишет The New York Times, именно у этой силы есть возможность занять лидирующее положение в политическом решении кризиса. Ее лидеры заявляют об уважении границ страны и в последнее время пытаются дистанцироваться от фундаменталистов, пишет издание.
Север страны вдоль границы с Турцией контролируют курдские отряды. Их численность, по оценке Евсеева, может достигать 30 тыс. человек, контролирующих примерно 15% территории страны.
О настоящей численности ИГ и других группировок говорить сложно, указывает эксперт. В СМИ называются цифры в несколько десятков тысяч.
С кем борется Россия
Летом президент Путин предложил создать широкий фронт для борьбы с террористами в Сирии. В других своих выступлениях Путин конкретизировал угрозу, называя основной ее составляющей именно «Исламское государство». Москва предлагает объединить усилия сирийского правительства, курдского ополчения и так называемой умеренной оппозиции, а также ряда стран региона в борьбе с угрозой самой государственности Сирии и в борьбе с терроризмом, пояснил Путин в середине сентября.
Пока поддержку Москве помимо правительства Асада выразили президент Египта Абдельфаттах ас-Сиси, президент Палестины Махмуд Аббас. Западные страны все это время говорят о том, что увеличение российского присутствия представляет опасность для положения дел в регионе, но готовы выслушать российские предложения. В частности, желанием прояснить позицию России по Сирии объясняют представители Белого дома решение о проведении переговоров президента США Барака Обамы с Владимиром Путиным во время Генассамблеи ООН.
Против российских инициатив выступил совет сотрудничества арабских государств Персидского залива. Министр иностранных дел Саудовской Аравии Адель аль-Джубейр назвал российские действия в Сирии «эскалацией» и подчеркнул, что у Сирии нет будущего, пока Асад остается у власти. Подходы Москвы по-прежнему расходятся и с позицией Турции, сообщал по итогам переговоров с президентом Турции Реджепом Эрдоганом пресс-секретарь российского президента Дмитрий Песков.
Эксперты оспаривают и основные тезисы, выдвигаемые Россией. Владимир Путин говорил о том, что миграционный кризис в Европе связан с тем, что сирийцы бегут не от режима, а от террористов и что именно террористы являются основной угрозой для Асада. По данным Syrian Network for Human Rights, за все время конфликта от действий неправительственных сил погибло менее 4% от общего числа жертв.
А на столкновения между силами Асада и отрядами ИГ приходилось только 6% всех военных столкновений в Сирии, гласят данные Janes IHS в 2014 году. В этом году цифра может возрасти до 10–12%, прогнозирует Эмиль Хокаем из британского Institute for Strategic Studies.
Методы борьбы
Свои дипломатические предложения Россия подкрепила усилением военного присутствия. Летом появились сообщения и подтверждающие их снимки о том, что в районе Тартусы и Латакии появились российские военнослужащие, зенитные комплексы и авиационная техника. Официально российская сторона неоднократно заявляла, что российские военные находятся в Сирии уже давно, а их присутствие обусловлено военной помощью сирийской армии, несущей «основное бремя противостояния терроризму». Российские военнослужащие присутствуют в Сирии, но не воюют: они работают на военной базе, сопровождают поставки вооружений и контролируют их целевое использование, написало Минобороны в ответ на депутатский запрос.
Россия взяла ситуацию под контроль и ввела тяжелые вооружения, это позволило не только Башару Асаду вздохнуть с облегчением, теперь вся сирийская сцена может измениться, откликнулся на усиление российского присутствия эксперт Фонда Карнеги Марк Пьерини в турецкой Hurriyet Daily News.
Хотя окончательной ясности в намерениях Москвы нет, уже сейчас можно говорить о том, что, разместив самолеты и другую технику в Латакии, Москва нейтрализовала планы Анкары сместить Асада и свела к нулю возможность вторжения турецких ВВС в Сирию, а также сделала невозможной полномасштабную иностранную интервенцию в Сирию, пишет Пьерини.
Хотя окончательная цель присутствия российских сил непонятна, уже можно говорить о том, что оно значительно: меняется соотношение военных сил. Оно может остановить сокращение сил Асада, оказать поддержку режиму и усилить его моральный дух, а также ограничивает возможности США и Израиля в Сирии, пишет в своем обзоре The Washington Institute for Near East Policy.
Военное присутствие России вынуждает сирийскую оппозицию и тех, кто ее поддерживает, взять паузу, так как перспектива прямого конфликта с Россией не то, чего они ищут, полагают авторы обзора. Еще одним результатом этого может стать их стремление искать политическое, а не военное решение конфликта.
Спасти президента Асада: как Путин изменил ход войны в Сирии
Сирийский вопрос будет центральным на Генеральной ассамблее ООН. От российского президента ждут заявлений по дальнейшей стратегии. Однако уже предпринятые Москвой действия изменили ход событий, констатируют эксперты.