Спецслужбы взяли след «решалы» Евгения Ерковича

Из Общественных наблюдательных комиссий отсеялись люди, которых мы называем «решалы», с гордостью заявила 11 октября в интервью «Эхо Москвы» зампред Общественной наблюдательной комиссии Москвы, член Совета по правам человека при президенте Ева Меркачёва. «У них были четкие тарифы: на то, чтобы посетить одного заключенного — цена такая-то; посетить другого заключенного — такая-то», − рассказала правозащитница.

Вот, оказывается, куда решалы добрались − в Общественные комиссии. Еще пять лет назад Ольга Романова писала: «Зато чрезвычайно развился и структурировался «решальный» бизнес, ранее дикий и случайный, а теперь хоть на IPO его выводи на Лондонскую биржу. Внимательный посетитель судебных заседаний по делам попавших под раздачу чиновников и служивых быстро найдет закономерности и странности: внезапные перемены меры пресечения дежурным судьей вечером в пятницу или рассмотрение меры пресечения в течение трех, а то и четырех дней, ничем не мотивированные закрытия процессов — и уловит момент, когда дверца сейфа захлопнулась, решальщик донес недостающее, и решение внезапно принято».

«Решальный» бизнес сегодня пронизывает все сферы и слои жизни общества. Больше всего, решалы, конечно, кормятся с бизнеса.

Всего в России около 200 разрешающих, проверяющих и контролирующих инстанций. Но даже если вы получили все разрешения и начали работать, представители этих 200 инстанций будут приходить к вам, выписывать штрафы и грозить закрытием. Нет, не все будут требовать взятки, но на следующий день к вам явится «решала» и предложит свои услуги, чтобы никакие инспекции вам больше не докучали.

Редко кому удается пройти жизнь, ни разу не столкнувшись с правоохранительной системой. Все может быть: не удержались и сели за руль выпивши, а еще, не дай бог, попали в аварию; вас обокрали, и следствие доказывает, что вы сами себя обокрали, чтобы получить страховку; бизнесмены просто непонятно как не все сидят.

В Наблюдательные советы, по словам Меркачевой, решать вопросы с посещениями шли бывшие полковники и генералы силовых ведомств. Оно и понятно, бывшие менты решают вопросы в своих структурах, бывшие гибэдэдэшники − в ГИБДД, эфэсбэшники − в ФСБ, а следаки − в СК.

Уже нарицательным стало имя осужденного бывшего полковника полиции Дмитрия Захарченко, в квартире которого в 2016-м нашли наличными почти 9 млрд рублей. Рекорд Захарченко по сумме незаконно сколоченного состояния был побит в апреле 2019-го начальником управления «К» ФСБ России полковником Кириллом Черкалиным: у него выявили активов на 12 млрд.

Наиболее ярким примером последних лет можно считать «развод» известного предпринимателя Михаила Слипенчука, когда он в прошлом созыве Госдумы был депутатом. Как писала пресса, в 2011 году Слипенчук отдал мошенникам Михаилу Коряке, Валиду Лурахмаеву и Султану Сигаури, которые называли себя «советниками Путина», 20 млн евро за включение неких коммерческих структур в контракт на поставки газа на Украину.

Можно вспомнить, как перед выборами 2011 года бывший работник мэрии Москвы Заур Мустафаев, офицер погранслужбы Михаил Костин и участница шоу «Битва экстрасенсов» Светлана Соловьева предложили одному из подмосковных предпринимателей избраться в Госдуму за 1 млн долларов. Мошенники, которые называли себя сотрудниками администрации президента, уговорили бизнесмена отдать объекты недвижимости и предприятия.

Есть сегодня и менее эпические жулики. И вот тут примечательна история одного из бывших сотрудников Следственного комитета Одинцовского района Подмосковья Евгения Ерковича. Родился он в Дорохово, а потом поступил в академию МВД. Известно, что отец Евгения Ерковича владел ритуальным бизнесом.

Получив высшее образование, Еркович устроился в СК Одинцовского района. Но жить на одну зарплату ему, по всей видимости, не хотелось. И, в итоге, уволился, дослужив до капитана.

Знающие Евгения Ерковича заметили, что после увольнения бывший сотрудник СК смог сразу пересесть с отечественного ВАЗ на «мерседес». Конечно, этому есть вполне логичное объяснение: он начал зарабатывать в качестве адвоката. Только эта версия вызывает большие сомнения.

Согласно некоторым данным, Еркович мог получить адвокатский статус всего за один день. Для этого в России есть Чеченская республика, куда предположительно, он летали всего один раз. Да и заслуги в качестве профессионального защитника у Ерковича весьма спорные. Согласно материалам слушаний, Еркович, видимо, не раз проигрывал дела, защиту клиентов строил крайне неумело. Достаточно сказать, что в трех делах Еркович защищал клиентов по поводу ДТП в то время, как сам лишался водительских прав.

Зато, по некоторым данным, он мог неплохо зарабатывать как «решальщик» в СК Одинцовского района. Интересно, что в период службы в СК Евгений Еркович занимался в том числе расследованием ДТП со смертельным исходом, то есть пытался привлечь к ответственности тех, кто лишил жизни других людей из-за неумелого вождения или потому что, например, вел машину нетрезвым. Еркович, видимо, стал обещать помощь уже тем, кто стал убийцей за рулем, без смены «специализации». Если это так, то , чеченская коллегия, которая предоставила Ерковичу адвокатский статус, могла бы умереть со стыда.

По иронии судьбы, офисы «решальщиков» оказываются напротив нужных ведомств СК. Вот и наш герой на обеды ходит в одно и то же заведение, что и действующие сотрудники. Так сказать, за приемом пищи встречались те, кто расследовал смертельные ДТП и те, кто встал по другую сторону от грани, разделяющей добро и зло.

По-видимому, сформировался и устойчивый тариф за подобные услуги: за прекращение уголовного преследования могут попросить 5 млн рублей - если разбирательство находилось в стадии доследственной проверки и 10 млн, если дело уже было заведено. Взятки, по слухам, принимались в своем любимом кафе «Имерули».

Правда, реально помогать подобным «ерковичам» практически не удается . На решал нельзя подать в суд за невыполненное обещание, так что кидают они регулярно. Например, вы дали взятку за «гарантированное поступление в МГУ и МГИМО». Если ваше дитя поступит, говорите решале «спасибо». Если не поступит, то честные (или трусливые) решалы возвращают деньги.

С силовиками посложнее. Могут сказать «ой, не получилось, дай еще». Или запугать: «серьезные дядьки вмешались, дело не выгорело, но деньги вернуть не можем».

Но недавно, похоже, Евгением Ерковичем и его бывшими, но все еще работающими коллегами из СК Одинцово заинтересовались спецорганы. По некоторым сведениям, чекисты давно наблюдали за бывшими сотрудниками СК и зафиксировали все его «ходы, пароли, явки».

Теперь Ерковича ожидает следствие. Вряд ли тут возможна будет схема с закрытием дела на этапе доследственной проверки.

Однако на примере таких мошенников видно, что попасться в сети злоумышленников могут очень многие. И понятно, что единственный способ уберечься от таких «решал» - это не пытаться обойти закон.