‟Сумму‟ разложили по зернышку

В Мещанском суде Москвы в ходе судебного процесса по «Делу Магомедовых» получила огласку история рейдерского захвата предприятия «Судоремонтный завод «Южный Севастополь». Этот кусочек мозаики — очень важный элемент для воссоздания всей картины, всех обстоятельств похищения 20 миллионов долларов «Объединенной зерновой компании». По версии следствия, эти деньги были похищены организованным преступным сообществом, которым руководил совладелец группы «Сумма» Зиявудин Магомедов, после того, как 20 июня 2012 года было подписано распоряжение правительства России о приватизации госпакета акций ОАО «Объединенная зерновая компания» и на продажу были выставлены 49% предприятия. Их и приобрела компания «Сумма».

В минувший четверг, 27 мая, в Мещанском суде Москвы Валентина Красненко, бывший коммерческий директор холдинга «Южный», в состав которого входило и ООО «Судоремонтный завод «Южный Севастополь», а также еще пятеро свидетелей, работавших топ-менеджерами в то время еще украинского предприятия, по видеосвязи из Севастополя рассказывали о событиях 2012–2014 годов. Рассказывали о мощностях предприятия по перегрузке на суда зерна, выращенного украинскими аграриями.

Да, «Южный Севастополь» занимался не только ремонтом кораблей. У предприятия была неплохая инфраструктура для перевалки зерна, то есть перегрузки из автомобилей на суда.

Обвинение и суд интересовало, что известно свидетелям о контрактах «Объединенной зерновой копании» с зарегистрированной в шотландском Эдинбурге компанией Newbay Investments L.P. на поставку из Украины 400 тысяч тонн пшеницы, фуражного ячменя и кукурузы, — именно в рамках этой сделки, по версии следствия, и произошло масштабное хищение, вменяемое ныне подсудимым.

Выяснилось, что свидетелям ничего неизвестно. Про эти контракты не вспомнил ни один из допрошенных свидетелей. Ни Сергей Поддубняк, работавший заместителем директора по производству, ни Лиана Тараненко, бывший замдиректора по экономике, ни Оксана Становская, работавшая бухгалтером, ни Николай Сокруто, инженер-строитель, возводивший зерновые терминалы.

Топ-менеджеры предприятия не вспомнили про контракт между российской и шотландской компаниями, предусматривающий перевалку украинского зерна именно через порт в Севастополе. И это притом что именно «Судоремонтный завод «Южный Севастополь» выступил поручителем по контрактам между ОЗК и Newbay.

Между тем, судя по материалам рассматриваемого уголовного дела, контракты с шотландской компанией были заключены в декабре 2012 года и феврале 2013 года, а договор поручительства между ОЗК и ООО «Судоремонтный завод «Южный Севастополь» был подписан 20 апреля 2014 года.

Когда в ходе допроса свидетелей из Севастополя адвокаты подсудимых поинтересовались обстоятельствами рейдерского захвата предприятия, произошедщего через полторы недели после референдума о вхождении Крыма и Севастополя в состав России, суд отклонял вопросы как «не имеющие отношения к делу». А вот отказать в оглашении протокола допроса Валентины Красненко суд не смог. Потому что этот протокол есть в материалах уголовного дела, и на оглашении этого документа настаивал и прокурор: обвинению были важны, например, сведения о том, что максимальный объем зерна, который предприятие могло перегрузить на суда, — 226 тыс. тонн в год. Из этого следовало, что Newbay не мог даже теоретически выполнить взятые на себя обязательства и отгрузить через севастопольский порт 400 тыс. тонн зерновых.

На оглашении той части протокола допроса Красненко, где речь шла про рейдерскую атаку, настояли адвокаты подсудимых. И вот какие сведения прозвучали в зале судебного заседания:

«В конце марта 2014 года произошел рейдерский захват предприятия «Судоремонтный завод «Южный Севастополь». Казаки блокировали проходную и никого не пускали на завод. Были похищены документы из сейфа юриста предприятия Григория Голубя».

— Вы подтверждаете эти показания? — спросил Валентину Красненко суд.

— Подтверждаю, — ответила свидетель.

И это зафиксировано в протоколе судебного заседания.

А вот чего пока нет в документах судебного процесса, рассматриваемого в Мещанском суде, так это сведений о том, что работавший в то время директором «Южного Севастополя» Николай Антипенко обратился в правоохранительные органы и добился возбуждения уголовного дела по факту хищения официальных документов и печатей ООО «Судоремонтный завод «Южный Севастополь». И произошло это 27 марта 2014 года — об этом много писали местные СМИ. В своем «заявлении о преступлении» директор завода писал: «24 марта 2014 года я находился в Севастополе. Примерно в 5:30 утра мне позвонил начальник охраны и сообщил о том, что группа вооруженных людей в количестве около 70 человек осуществила рейдерский захват предприятия, заблокировала проходные».

13 апреля 2014 года Антипенко уехал в Украину. А через неделю, 20 апреля, появился договор поручительства, подписанный между ОЗК и якобы Антипиным и скрепленный печатью, про исчезновение которой было заявлено еще 27 марта.

Повторюсь, материалов о рейдерском захвате ООО «Судоремонтный завод «Южный Севастополь» и хищении документов и печатей предприятия в уголовном деле, которое сейчас рассматривается в Мещанском суде, нет.

Возможно, потому, что полноценного расследования по заявлению Антипенко за минувшие семь лет так и не было проведено.

Официального ответа на вопрос, кто захватил «Южный Севастополь», завладел печатями и подписал договор поручительства, до сих пор нет.

По всей видимости, именно поэтому Мещанский суд и отклонял все вопросы про захват предприятия, которые адвокаты подсудимых пытаются задать свидетелям.

Хотя уже сегодня все свидетели обвинения утверждают, что в 2013 году, войдя в состав учредителей ОЗК, именно компания «Сумма» инициировала аудит всех «странных сделок» ОЗК, по итогам которых были поданы обращения в арбитражные суды и правоохранительные органы.

«Странные сделки» — это терминология Ильи Ларионова, несколько лет работавшего финансовым директором ОЗК и также вызванного в суд в качестве свидетеля 24 мая. Именно во время этого допроса он и назвал «странными сделками» контракты, по которым произведена стопроцентная оплата, но товар не был получен:

— Обычно если ОЗК покупала зерно, то оплата производилась после выгрузки зерна на элеваторы, — пояснил свидетель суду и добавил: — Для ОЗК — это странные сделки, когда произведена полная оплата контракта без каких-либо гарантий получения товара или возврата денег.

И речь в показаниях Ларионова шла не только о контрактах между ОЗК и Newbay, заключенных в декабре 2012 года и феврале 2013 года. Но и о сделках со швейцарскими компаниями Baltron AG, Tauris SA и Conres Shipping AG, контракты с которыми подписывались и тут же оплачивались еще в 2010–2011 годах.

При этом бывший финансовый директор ОЗК Илья Ларионов, как и добрый десяток других свидетелей обвинения, допрошенных в Мещанском суде на минувшей неделе, показывал, что именно с 2013 года, после того как группа «Сумма» стала полноправным акционером ОЗК и ввела в совет директоров своих представителей, началась серьезная работа по уменьшению дебиторской задолженности компании и взысканию денег с должников. К примеру, с компании Newbay.

Получается, что компания «Сумма», став акционером ОЗК, начала наводить порядок в своем новом активе. Но на ключевых должностях в ОЗК оставались специалисты прежней команды. И при таком раскладе уже не выглядит случайным совпадением то, что именно в это время произошло хищение документов и печатей ООО «Судоремонтный завод «Южный Севастополь» с последующим подписанием договора поручительства по контрактам ОЗК с Newbay. Куда больше это похоже на попытку оттянуть время. Что в общем-то удалось. Почти на год: ОЗК инициировала судебные тяжбы по долгам Newbay лишь в феврале 2015 года, обратившись в арбитражный суд.

В решении Арбитражного суда Москвы от 18 октября 2018 года, имеющем преюдиционный характер, четко зафиксировано, что швейцарские компании Baltron AG, Tauris SA и Conres Shipping AG входят в группу Newbay Investments L.P.

Как зафиксировано, к примеру, и то, что в июне 2011 года ОАО «ОЗК» заключило несколько контрактов с компанией Baltron AG на поставку продовольственной пшеницы. Контракты были полностью оплачены. Но пшеница в Россию так и не поступила.

Тогда же, в июне 2011 года, были подписаны несколько контрактов с компанией Tauris SA на приобретение продовольственной пшеницы. В мае 2011 года был заключен контракт с компанией Conres Shipping AG. Все эти сделки были оплачены. Но ОЗК осталась и без денег, и без зерна.

Из простого анализа хронологии событий становится ясно, что ни совладелец группы компаний «Сумма» Зиявудин Магомедов, ни тем более его брат Магомед не имеют никакого отношения к заключению этих контрактов: в то время ОЗК руководили совсем другие люди.

В 2009–2012 годах генеральным директором ОАО «Объединенная зерновая компания» работал Сергей Левин. С 2015 года Левин трудится заместителем министра сельского хозяйства России.

Еще в апреле на заседаниях в Мещанском суде Москвы было установлено, что шотландскую компанию Newbay Investments L.P., как и швейцарские фирмы Baltron AG, Tauris SA и Conres Shipping AG, контролирует гражданин Украины Сергей Ткаченко.

Когда шло расследование уголовного дела в отношении совладельца группы компаний «Сумма» Зиявудина Магомедова и его предполагаемых сообщников, следствие не заинтересовалось поиском ответа на вопрос, что связывало гражданина Украины Ткаченко и россиянина Сергея Левина, руководившего в те годы ОЗК. Почему ОЗК в те годы так лихо перечисляло деньги на счета компаний, контролируемых Сергеем Ткаченко? И почему эти контракты не были выполнены? Складывается впечатление, что ответы на эти вопросы не интересуют и суд.