Свадьба подвела под статью

“Ъ” стали известны некоторые детали уголовного дела о государственной измене, фигурантами которого являются эксперт Фонда поддержки публичной дипломатии им. А. М. Горчакова Антонина Зимина и ее муж Константин Антонец. По результатам расследования обвиняемым был вменен в вину лишь один эпизод — раскрытие личности действующего оперативника калининградского управления ФСБ. Подследственные вины не признают, а их родственники вспоминают, что чекист — бывший однокашник Антонины Зиминой по университету, пять лет назад на свадьбе фигурантов сам раздавал свои визитки, фотографировался с гостями и не скрывал своей принадлежности к спецслужбе.

В понедельник стало известно, что следственное управление ФСБ завершило расследование дела в отношении бывшего эксперта Фонда имени Горчакова и ее мужа, обоим предъявлено обвинение в окончательной редакции. Супругам инкриминируется ст. 275 УК РФ (государственная измена), они приступили к ознакомлению с материалами расследования.

Деталей инкриминируемого госпоже Зиминой и господину Антонцу преступления спецслужба не раскрывает. Однако, как стало известно “Ъ”, в уголовном деле фигурирует только один эпизод, а все материалы расследования уместились в 12 томов.

Супругов обвиняют в разглашении секретных данных спецслужбам Латвии. Речь идет о раскрытии личности действующего оперативника калининградского управления ФСБ по имени Максим.

Как рассказал “Ъ” Константин Зимин, отец Антонины Зиминой, чекист, о котором идет речь, является давним приятелем обвиняемой — они вместе учились в расположенном в Калининграде Балтийском федеральном университете имени Иммануила Канта. В 2012 году госпожа Зимина окончила аспирантуру, а потом еще год работала в вузе младшим научным сотрудником. Ее бывший однокашник, в свою очередь, после учебы поступил на службу в ФСБ, где достиг звания капитана. По некоторым данным, оперативник занимался контрразведкой и был на хорошем счету у руководства.

Эпизод, о котором идет речь в уголовном деле, по словам господина Зимина, имел место в апреле 2015 года, когда нынешние фигуранты расследования сыграли свадьбу. Сотрудник ФСБ был в числе приглашенных, и как вспоминает Константин Зимин, выпив за праздничным столом, не только говорил, где работает, но и раздавал визитки и фотографировался с гостями. Между тем среди гостей были родственники невесты, которые проживают в Литве, и коллеги по работе. «Никто и не думал, что это какое-то преступление, так как Максим не делал из своей работы секрета»,— рассказал “Ъ” господин Зимин. Однако после того как фотографии и видеозаписи со свадьбы, на которых можно было видеть и чекиста, были выложены в соцсетях, а затем каким-то образом попали в сюжет одного из прибалтийских телеканалов, ФСБ возбудила уголовное дело.

Отец обвиняемой утверждает, что сам чекист не проходит по делу даже свидетелем.

Господин Зимин также сообщил, что никого из людей, бывших гостями на свадьбе, якобы также не опрашивали, хотя они могли бы подтвердить его версию. Тем временем Антонина Зимина по-прежнему находится в СИЗО «Лефортово», хотя разрешенный законодательством срок ее содержания под стражей, по словам ее отца, истек еще в декабре 2019 года.

Как ранее сообщал “Ъ”, Антонина Зимина-Антонец была задержана 4 июня 2018 года. В это время она занимала пост директора Балтийского центра диалога культур, который занимался организацией совместных с прибалтийскими странами мероприятий. После задержания главы центра в нем были проведены обыски. Незадолго до задержания госпожа Зимина также стала независимым экспертом Фонда поддержки публичной дипломатии им. А. М. Горчакова.

Стоит отметить, что в октябре 2019 года госпожу Зимину поставили на учет как склонную к побегу. Сама она жаловалась правозащитникам, что это произошло из-за замечаний по поводу незначительных нарушений режима, например, хранения фурацилина или не застланной вовремя койки.

Константин Антонец в 2015–2016 годах работал юристом в правительстве Калининградской области, а в последнее перед арестом время — в юридической фирме в Москве. Никто из фигурантов по роду своей деятельности не имел доступа к гостайне, вины супруги не признают.