«Трубное дело» превратилось в мыльный пузырь

Пафосно заявивший о раскрытии хищения около 3 миллиардов бюджетных рублей Следственный департамент МВД РФ сумел обвинить пятерых бизнесменов и пятерых чиновников в хищении примерно 53 миллионов при реализации двух госконтрактов общей стоимостью около 1,5 миллиарда рублей. Суперрезонансное дело фактически свелось не к борьбе с хищениями бюджета, а к смене руководства комитета по энергетике.
  
Подстрекатель за 3%

В конце октября 2013 года 10 фигурантам одиозного «трубного дела» предъявили окончательные обвинения. Их автор – заместитель начальника 4-го отдела управления по расследованию организованной преступной деятельности и коррупции Следственного департамента МВД России Алексей Мезенцев. Обвиняемых - две категории: бизнесмены и чиновники.

Бизнесмены – учредитель ООО «Петроком» Кадкин, учредитель ООО «Рострубпром» Селиверстов, топ-менеджеры «Петрокома» Муравьёв и Жуковский, руководитель ООО «Мост-Сервис» Новосад. Чиновники – бывший глава комитета по энергетике и инженерному обеспечению Петербурга Олег Тришкин, бывший директор ГУ «Управление заказчика» Константин Мосин, бывший начальник отдела строительства котельных и тепловых сетей «Управления заказчика» Анатолий Хютти, бывший начальник отдела подготовки и координации производства ГУ «Управление заказчика» Леонид Шишов и ещё один сотрудник ГУ, которому следствие предъявило претензии совсем недавно.

Действия бизнесменов полицейское следствие квалифицирует по части 4 статьи 159 УК РФ (мошенничество, совершенное организованной группой в особо крупном размере). Действия чиновников – по статье 285 УК РФ (злоупотребление должностными полномочиями). Владелец «Петрокома» Андрей Кадкин стоит в этом списке первым – МВД России полагает, будто именно он придумал и организовал аферу. Поэтому ему инкриминируется ещё и часть 4 статьи 33 УК РФ (соучастие в форме подстрекательства). Обывательским языком осужденных с такой формулировкой называют "заказчиками".

По версии следствия, упомянутые выше лица организовали поставки труб для магистральных тепловых сетей Петербурга не соответствующего качества – худших, чем было указано в двух государственных контрактах (№ 2/39-10 от 12 апреля 2010 года и № 2/165-10 от 16 августа 2010 года). Они якобы заранее знали о подмене и осуществили её специально для того, чтобы украсть бюджетные деньги.

В рамках этих двух госконтрактов из бюджета Петербурга было выделено 904 893 668 и 445 609 914 рублей соответственно, а обвиняемые, как полагает следствие, благодаря поставкам труб более низкого качества сумели похитить из этих денег 53 466 219 рублей – то есть около 3%. По сравнению с пафосно заявленным в ноябре прошлого года раскрытием хищения 3 миллиардов бюджетных рублей вывод, к которому в результате пришло следствие, выглядит откровенно смешным.

Поставленные трубы в постановлениях о привлечении ещё недавно уважаемых граждан в качестве обвиняемых названы трубами, «применение которых в тепловых сетях с заданными параметрами недопустимо». Этот базовый постулат резонансного уголовного дела следствию придётся доказать в суде с особым тщанием – иначе всё остальное вообще не будет иметь никакого смысла.

Спрут

По версии следствия, всё началось с того, что Кадкин вступил в преступный сговор с бывшим председателем комитета по энергетике и инженерному обеспечению Санкт-Петербурга Олегом Тришкиным и директором подведомственного комитету Санкт-Петербургского государственного учреждения «Управление заказчика» Константином Мосиным. С ними якобы была договорённость об обеспечении победы ООО «Петроком» в государственных контрактах.

Следствие полагает, что «путёвку в жизнь» данным злодеяниям дал предыдущий председатель комитета по энергетике и инженерному обеспечению, Александр Бобров, который якобы познакомил для этих целей своего преемника Тришкина с предполагаемым подстрекателем Кадкиным. Но среди фигурантов дела, которое готовится к отправлению в суд, Боброва нет – его уголовное преследование выделено в отдельное производство, а он сам объявлен в розыск. Также в розыске пребывает учредитель ООО «Мост-сервис» Кузнецов. Уголовное преследование Боброва и Кузнецова выделено в отдельное производство.

В дальнейшем, как полагает следствие, «вспомогательные» договорённости были достигнуты с менее высокопоставленными чиновниками «Управления заказчика»: Анатолием Хютти и Леонидом Шишовым. Эти менее высокопоставленные чиновники якобы обеспечили оформление документов таким образом, будто для исполнения соответствующих госконтрактов используются «правильные» трубы, а не те, которые использовались на самом деле.

Именно эти договорённости Следственный департамент МВД России трактует как соучастие Кадкина в инкриминируемом чиновникам должностном преступлении в форме подстрекательства. Стоит ли удивляться, что этот бизнесмен ещё в марте 2013 года стал субъектом следственного гуманизма – был отпущен под домашний арест. Оказывается, он не просто в чём-то признался, а взял на себя роль «паровоза» (выражаясь юридическим языком - подстрекателя).

По версии следствия, для реализации преступного умысла Кадкин договорился с учредителем ООО «Мост-Сервис» Кузнецовым – тот делал вид, будто конкурирует с «Петрокомом» в тендерах, на которых «Петроком» выиграл право участия в заинтересовавших следствие государственных контрактах. После каждой победы «Петроком» брал «Мост-Сервис» в субподрядчики. От имени комитета по энергетике роль заказчика в этих контрактах играло ГУ «Управление заказчика».

Чтобы «неправильные» трубы поставлялись с «правильными» документами, к реализации преступного умысла, по мнению следствия, Кадкин привлёк владельца ООО «Рострубпром» (поставщик труб) Силиверстова. Чтобы топ-менеджеры участвовавших в концессии юридических лиц делали всё «как надо», в преступную группу оказались, по версии следствия, включёнными генеральный директор «Петрокома» Муравьев, начальник департамента теплоэнергетики «Петрокома» Жуковский и генеральный директор «Мост-Сервиса» Новосад.

Следствие полагает, будто результатом деятельности всей этой преступной группы стало выведение из легального оборота разницы между стоимостью указанных в госконтрактах «правильных» труб и реально использованных «неправильных». По мнению следствия, эта разница составила около 53 миллионов рублей (3%), которые были обналичены и разделены между участниками концессии.

Каждому своё

В постановлениях о привлечении бывших чиновников к уголовной ответственности в качестве обвиняемых подробно расписано: кто и сколько денег якобы получил за соучастие в инкриминируемом преступлении.
В Следственном департаменте МВД России полагают, что бывший глава комитета по энергетике и инженерному обеспечению Петербурга Олег Тришкин получил от Кадкина около 8,2 миллиона рублей; бывший директор ГУ «Управление заказчика» Константин Мосин – около 13,7 миллиона рублей; бывший начальник отдела строительства котельных и тепловых сетей «Управления заказчика» Анатолий Хютти – около 1,3 миллиона рублей.

Кроме ставших, по версии следствия, жертвами подстрекательства Кадкина в рамках данного уголовного дела обвинение предъявлено ещё и бывшему начальнику отдела подготовки и координации производства ГУ «Управление заказчика» Шишову. По версии следствия, на его совести комбинации с тендерной документацией.

Интересно, что ни одного из упомянутых бывших чиновников следствие не попыталось привлечь к уголовной ответственности за получение взяток – им инкриминируется лишь «злоупотребление должностными полномочиями». Вывод: финансовую составляющую взаимоотношений бизнесменов и бывших чиновников следствию доказать, похоже, не удалось.

Фабула окончательного обвинения в этом деле вообще выглядит неожиданной – стоило ли затевать такую грандиозную комбинацию с подменой труб, чтобы украсть 3% от их стоимости? Практика показывает, что банальные откаты в заключаемых в Петербурге государственных контрактах существенно превышают 3% от их стоимости. Трудно сказать, как это дело повернётся в суде, но на сегодняшний день понятен лишь один его реальный результат – смена руководства петербургского комитета по энергетике и инженерному обеспечению.

Говорить об успехах в борьбе с хищением бюджетных средств в рамках данного дела как-то неловко.