Убийца Япончика самоизолируется от правосудия

Нугзар Папава, в начале сентября заочно осужденный на 16 лет за убийство криминального авторитета Вячеслава Иванькова (Япончика), не знал о вынесенном ему в России приговоре. Об этом он заявил корреспонденту «Известий», который нашел его в Абхазии. По словам Папавы, он непричастен к инкриминируемому ему преступлению и хочет встретиться с родственниками Иванькова, чтобы рассказать об этом. Эксперты говорят о масштабной доказательной базе следствия и не сомневаются в обоснованности приговора. О чем еще рассказал изданию один из четырех людей, осужденных за убийство Япончика, и почему в родной Абхазии он тоже находится под следствием — в материале «Известий».

«Я сам тянулся к родственникам Вячеслава Кирилловича»

Несмотря на вынесенный в России суровый приговор, жизнь 46-летнего Нугзара Папавы выглядит вполне пасторально. Он живет в своем доме в 20 км от Сухума. Во дворе у него пасутся свиньи, а за окном виднеются захватывающие абхазские пейзажи. Он держит большое хозяйство, выращивает инжир, бананы и персики.

Правда, уехать никуда не может. Решения российского суда здесь ни при чем: Папава находится под домашним арестом, потому что абхазские правоохранительные органы подозревают его в другом преступлении — похищении местного бизнесмена Омара Мирцхулавы и вымогательстве выкупа в 50 млн рублей за его освобождение. Это дело возбудили еще в 2019 году.

Нугзар Папава — гражданин Абхазии, поэтому, согласно местной конституции, выдать России его не могли. Впрочем, сам он уверяет, что и судить его не за что, потому что к убийству Япончика он непричастен. В этом он пытался уверить корреспондента «Известий» на протяжении целого часа беседы. И очень обижался и даже вскипал, когда журналист в ходе беседы забывал добавлять к инкриминируемым ему обвинениям приставку «по версии следствия». Показалось, что все слова Папавы были адресованы даже не столько нашему корреспонденту, сколько родственникам Вячеслава Иванькова, если те вдруг увидят его интервью.

Наш собеседник рассказал: сразу после сообщений о возбужденном против него уголовном деле он пытался связаться с родственниками Иванькова, чтобы заверить их в своей невиновности. Самого Япончика Папава в ходе разговора называл исключительно по имени-отчеству — Вячеслав Кириллович — и много раз подчеркивал, как сильно его уважал.

Папава утверждает, что узнал о претензиях российских следователей случайно: «Об этом говорили разные люди и рассказывали на всех телеканалах».

— Я и мои родственники были в шоке, — заверил он. — Сначала мы подумали, что это фейк, потому что вместо имени Нугзар везде звучало другое имя — Нокзар. Но в итоге ко мне приехали следователи и повезли в Генпрокуратуру в Сухум.

Там Папава ответил на вопросы местного следователя — представителей из России, по его словам, при этом не было. После допроса подозреваемого отпустили домой.

— Но я никуда не исчез, более того, я сам тянулся к родственникам Вячеслава Кирилловича и пытался им передать, что если они видят во мне врага, то я здесь, — заявил Папава.

По его словам, Иванькова в Абхазии не просто хорошо знали — он не раз приезжал в республику, «как к себе домой, к очень известным людям». О его убийстве «знал весь мир от школьников до пенсионеров». Однако, где он сам был 28 июля 2009 года, когда и произошло убийство, Папава вспомнить не может: «Как же я могу сказать, ведь прошло столько лет!»

В России Папава не был ни на одном заседании по своему делу. По его словам, он бы и рад поехать в Россию, но «не позволяют домашний арест и международный розыск».

— Я бы не побоялся перейти границу, если бы точно знал, что это не билет в один конец и что дело рассмотрят объективно. Здесь, в Абхазии, мы никак не можем прийти к правосудию, до сих пор в этой яме сидим, — заявил он.

Как следует из намеков Папавы, он полагает, что в России его могут убить. Хотя, по его словам, смерти он не боится, а боится «только нашего Создателя».

«Пусть следствие мне докажет»

Российское следствие, с доводами которого согласился и Мосгорсуд, считает Нугзара Папаву одним из пяти исполнителей убийства криминального авторитета Вячеслава Иванькова. Оно было совершено 28 июля 2009 года возле ресторана «Тайский слон» на Хорошевском шоссе в Москве.

Как следует из материалов дела, накануне убийства Папава вместе с сообщниками следил за известным вором в законе, а сам в момент преступления прикрывал предполагаемого киллера Астамура Бутбу — был готов стрелять из автомата Калашникова в потенциальных преследователей.

Мотивом громкого покушения на Япончика, по версии следствия, стал передел сфер влияния в криминальном мире. Заказчиком, полагают правоохранительные органы, является вор в законе Илья Симония по кличке Махо. Считается, что за устранение Иванькова ему обещали вернуть статус вора в законе. Махо находится в федеральном розыске.

Показания на Папаву в 2021 году дал главный организатор убийства Каха Газзаев. Он пошел на сделку со следствием и назвал имена своих соучастников. В том же году Папаве заочно предъявили обвинение, а в сентябре в таком же режиме осудили. Мосгорсуд признал его виновным в убийстве организованной группой по найму, приобретении и ношении огнестрельного оружия и боеприпасов.

Каха Газзаев в 2021 году был осужден на 14 лет. Еще двоих исполнителей, уроженцев Абхазии Джамбула Джанашию и Муртази Шаданию, суд приговорил к 16 и 15 годам колонии строгого режима. Нугзар Папава об этих приговорах знает, но уверяет, что ни с одним из этих людей лично не знаком. «Пусть следствие мне докажет, что я когда-то с ними пересекался», — говорит он.

При этом не скрывает, что знает непосредственного киллера Астамура Бутбу, заочный суд по которому сейчас идет в Москве. Правда, убийцей Папава его не считает.

— Это обычный абхаз, крестьянин, он не способен совершить то, что ему приписывают. В голове не укладывается, что его обвиняют в убийстве столь известного в нашей стране авторитета, — сказал Папава.

Астамура Бутбу Абхазия России тоже не выдала. Сейчас он сидит в абхазской тюрьме за ограбление сухумского банка на 1 млн рублей.

Папава утверждает, что не знает, откуда давший на него показания Газзаев «взял его данные». Людей с таким именем и фамилией, как у него, «половина Абхазии и Грузии».

— У Газзаева не было очных ставок. Думаю, он назвал тех, на кого ему указало следствие, — выдвинул он версию. — Не хочу никого оскорблять, но я не пойму, как это дело могли рассматривать без нас? Это же не фильм, это судьбы людей!

По словам Папавы, он понятия не имеет, кому он, «сельский человек, обычный гражданин Абхазии», мог перейти дорогу в России.

— Говорят, что я криминальная личность. Какая криминальная личность может жить так, как я сейчас живу? — спросил он и показал на свой двор размером в несколько соток.

Почему именно он попал в список киллеров, Папава объяснить не может. По его словам, «ветер может дуть в нескольких направлениях».

Если верить нашему собеседнику, он абсолютно честный человек. Он не признает и обвинения в похищении бизнесмена, выдвинутые против него властями Абхазии.

Объяснимые «поклоны»

То, что один из осужденных по делу об убийстве Вячеслава Иванькова активно «раскланивается» в сторону его родственников, вполне объяснимо, считает криминалист Лев Бертовский.

— Япончик был, мягко говоря, непростым человеком, и вполне могут найтись люди, которые захотят за него отомстить, — сказал эксперт. — А эти ребята хотят жить, поэтому они будут делать всё, чтобы доказать свою лояльность и невиновность.

Он полагает, что нет никаких оснований полагать, что российское следствие, которое так долго искало исполнителей этого резонансного преступления, могло в чем-то ошибиться.

— Пока они были в бегах, то думали, что на них не выйдут. А когда вышли, принялись клясться покойному в вечной любви, — пошутил криминалист.

Папава боится не правосудия, а криминалитета, согласен бывший сотрудник правоохранительных органов по борьбе с организованной преступностью Михаил Игнатов. Его опасения оправданны: у криминального мира «нет сроков давности».

При этом эксперт полагает, что верить в доводы Нугзара Папавы нет оснований.

— Я следил за этим делом, следствие проводилось крайне тщательно, — отметил эксперт. — Следователи и криминалисты провели огромную работу, собрали доказательства.

Михаил Игнатов добавил, что обвинение строилось не только на показаниях Газзаева — в деле был проведен целый ряд экспертиз. И поэтому сомнений в виновности осужденных у суда не осталось.