Убийца Ивана Грозного получил два с половиной года

Игорь Подпорин, повредивший картину Ильи Репина «Иван Грозный и сын его Иван», приговорен судом к двум с половиной годам лишения свободы. Учитывая год в СИЗО, а заключение в изоляторе засчитывается как день за полтора в колонии, осужденный уже отбыл большую часть срока. Его адвокат настаивает, что картина не входит в свод особо ценных объектов культурного наследия, и считает, что обвинение должно было быть переквалифицировано на более мягкое.

Замоскворецкий районный суд Москвы признал 37-летнего инженера из Воронежской области Игоря Подпорина виновным в повреждении картины Ильи Репина «Иван Грознай и сын его Иван 16 ноября 1581 года». Судья учел первую судимость (в России, в 1998 году господин Подпорин был судим в Узбекистане за вымогательство), положительные характеристики, болезнь матери, а также длительное — около года — заключение в СИЗО, однако счел, что исправление невозможно без связанного с лишением свободы наказания, и назначил подсудимому два года и шесть месяцев колонии общего режима. Так как господин Подпорин находится в СИЗО уже 11 месяцев, а день в изоляторе засчитывается за 1,5 дня в колонии, то он уже отбыл большую часть наказания.

Его адвокат Анна Лубягина пояснила, что ее подзащитный мог бы в ближайшее время подать на условно-досрочное освобождение. Однако если защита будет обжаловать решение суда, то приговор не скоро вступит в силу.

Я настаиваю, что обвинение было неправильно квалифицировано, и надо обжаловать решение. Но мы встретимся с подзащитным и обсудим наши дальнейшие действия»,— сообщила госпожа Лубягина.

Напомним, 25 мая 2018 года Игорь Подпорин, приехавший в Москву на заработки, посетил Третьяковскую галерею. Смотрители заметили, как посетитель кружит по залам и говорит по телефону с матерью. Когда приблизилось время закрытия, смотрители попросили людей покинуть помещения. Игорь Подпорин «выходил очень медленно, как будто не хотел уходить», вспоминали на суде пожилые смотрительницы. Внезапно посетитель развернулся и, оттолкнув женщин, бросился обратно в залы. Смотритель Вера Здоренко побежала за ним и увидела, как он молотит столбиком ограждения по картине. Женщина повисла на руке вандала, а следом подоспели другие сотрудницы галереи. Прибывшей полиции Игорь Подпорин пояснил, что его раздражало несоответствие события на картине исторической достоверности. Его защитник пояснила, что господин Подпорин увлекается историей и считает, что подобные произведения искусства вводят зрителей в заблуждение.

Эксперты Всероссийского художественного научно-реставрационного центра им. И. Э. Грабаря выявили на полотне три прорехи и осыпание краски на общей площади 216 кв. см. Также была повреждена авторская рама с золотым покрытием — была сбита лепнина, осыпалось покрытие, а также от рамы откололись несколько щепок. Ранее на суде сообщалось, что стоимость картины составляет 1 млрд 44 млн руб., а реставрационные работы оценены примерно в 20 млн руб. «Сейчас идет подготовка к реставрационным работам»,— пояснил “Ъ” юрист Третьяковской галереи.

Когда появится смета на работы, то галерея подаст гражданский иск в суд к Игорю Подпорину о возмещении трат. Полотну размерами два на два с половиной метра потребовался специальный реставрационный стол.

Позиция защиты на суде заключалась в доказывании утверждения о том, что картина не является особо ценным объектом культурного наследия. «Безусловно, это шедевр, но есть свод особо ценных объектов культурного наследия, подписанный президентом РФ, и эта картина не включена в него»,— утверждает госпожа Лубягина.

На суде выступал представитель департамента музеев Минкультуры России, который пояснил, что сама Третьяковская галерея является особо ценным объектом культурного наследия, а значит, картины в ее фонде тоже считаются особо ценными объектами. Для подсудимого это означает, что ему предъявили не ч. 1 ст. 243 (уничтожение или повреждение объектов культурного наследия) УК РФ, как того просил адвокат, а более тяжелую ч. 2 ст. 243 (уничтожение или повреждение особо ценных объектов культурного наследия) УК РФ. Если первая часть предусматривает максимальное наказание в три года лишения свободы, то вторая — до шести лет. Впрочем, судья предпочла назначить наказание ниже среднего.