Ведомости нашли грантополучателей «Сколково», аффилированных с Вексельбергом

Фонд «Сколково» выделил три гранта компаниям, в которых члены грантового комитета, в том числе президент фонда Виктор Вексельберг, имели личную заинтересованность, решила Генпрокуратура. Проверку фонда она провела в апреле — августе, получив отчет Счетной палаты, а в сентябре направила фонду предписание. «Ведомости» выяснили, о каких грантополучателях могла идти речь.

В 2010-2011 гг. компаниям, аффилированным со структурами Вексельберга, было выдано три гранта (полный список грантов — на сайте фонда). Самый крупный — на 383,5 млн руб. в декабре 2010 г. — получил НТЦ тонкопленочных технологий в энергетике при ФТИ им. А. Ф. Иоффе, это 100%-ная «дочка» чебоксарского «Хевела» (здесь и далее — информация «СПАРК-Интерфакса»), СП холдинга «Ренова» (51% в СП), принадлежащего Вексельбергу, и «Роснано», производит модули солнечных батарей на базе тонкопленочных технологий.

Еще 128,6 млн руб. в сентябре 2011 г. получил инженерно-технологический центр UC Rusal (15,8% принадлежит Sual Partners Ltd., Вексельберг — совладелец).

Третий грант — всего на 1,5 млн руб. — получило в мае 2011 г. ООО «Литий-ионные технологии при ФТИ им. А. Ф. Иоффе», половина которого тогда принадлежала кипрской «Ренова оргсинтез лтд.» через компанию «НПМП Урал». Сейчас 100% ООО владеет сам институт.

Представители «Сколково» отказались от комментариев. «В фонде были внедрены общепринятые в мире корпоративные стандарты, позволяющие избежать конфликта интересов. Когда могла существовать личная заинтересованность Вексельберга в получении грантов, он не участвовал в принятии решений», — заявил представитель Вексельберга Андрей Шторх.

Юридически к выдаче гранта было не придраться, подтверждает и бывший топ-менеджер фонда. Все члены грантового комитета знали об аффилированности грантополучателей с Вексельбергом, компании указали это в заявке на грант, вспоминает бывший топ-менеджер, и никого такая заявка не смутила: «Все относились к этому как к обычной сделке с заинтересованностью». Все даже думали, что Вексельберг хотел помочь «Сколково», продолжает бывший топ-менеджер.

В 2010 г. проект иннограда только начинался, резидентов не было — в проект все подтягивали друзей и знакомых, заключает бывший топ-менеджер «Сколково».

Это вторая информационная атака силового ведомства на фонд «Сколково»: весной, ознакомившись с тем же отчетом Счетной палаты, свое расследование начал Следственный комитет (см. врез на стр. 01). В ответ «Сколково» привело в порядок процедуры, чиновники подправили договоры с фондом. Летом правительство решило продлить «Сколково» финансирование — еще 135,6 млрд руб. до 2020 г.

Генпрокуратура теперь считает, что эти средства под угрозой нецелевого использования и хищения. Фонд не обеспечил нормальной организации проекта, что и привело к бесконтрольному расходованию средств, объясняет прокуратура и приводит примеры (см. врез). Некоторые грантополучатели вывели деньги в фирмы-однодневки и офшоры — на счета руководителей компаний. 1,2 млрд руб. грантовых денег были выделены при отрицательном заключении профильного кластера, 3,6 млрд руб. — без экспертизы обоснованности заявок. Часть нарушений уже устранена, по другим еще проводится экспертиза, говорится в сообщении фонда «Сколково».

Действительно, контроль в «Сколково» иногда бывал очень слаб, например при выдаче мини-грантов (до 5 млн руб.), признает бывший топ-менеджер «Сколково»: «Вексельберг решил, что они должны выдаваться без стандартной процедуры экспертизы по решению руководителей кластеров фонда».

На планы правительства по финансированию «Сколково» заявления Генпрокуратуры никак не повлияют, заявил представитель вице-премьера Аркадия Дворковича (куратор иннограда).

«Меня сильно удивила формулировка «угроза нецелевого использования бюджетных средств», — прокомментировал известие глава администрации президента Сергей Иванов.

Непонятно, зачем опять раскручивать эту историю, недоумевает другой чиновник Кремля: «Не думаю, что Вексельберг пришел в этот проект, чтобы воровать, он больше потерял, чем заработал. Во-первых, внес свой вклад в эндаумент-фонд “Сколково”, во-вторых, получил репутационный ущерб». Возможно, и правда были благие цели, допускает чиновник, логика такая — свои компании лучше знаешь, им можно доверить бюджетные деньги.