Векселям нашлось оправдание

В Самаре полным оправданием всех фигурантов завершился громкий процесс по делу о мошенничестве с векселями Сбербанка России на 1,7 млрд руб. По версии следствия, начальник финансово-экономического управления ПАО «Куйбышевазот» («КуАз») Лариса Смолева, экс-руководитель Автозаводского отделения Сбербанка в Тольятти Светлана Лисицына и ее подчиненный Владислав Герасимов пытались похитить средства кредитного учреждения, заключив фиктивный договор на оказание банком финансовых услуг предприятию. Однако суд преступного сговора в действиях подсудимых не усмотрел.

Историю с векселями суд рассматривал дважды. Изначально в октябре 2012 года дело было возбуждено только в отношении Светланы Лисицыной, которой инкриминировалось злоупотребление полномочиями (ч. 1 ст. 201 УК РФ). Следствие полагало, что госпожа Лисицына «проводила экономически нецелесообразные для отделения, рискованные и не регламентированные нормативными документами Сберегательного банка РФ (ОАО) операции с векселями на крупные суммы, в результате чего причинила банку существенный вред». В суде, однако, на стадии вынесения приговора в июле 2013 года дело было возвращено прокурору для устранения недостатков. Позже действия Светланы Лисицыной были переквалифицированы как покушение на особо крупное мошенничество (ч. 3 ст. 30 и ч. 4 ст. 159 УК РФ), а в деле появились новые фигуранты — Лариса Смолева и Владислав Герасимов.

В основу обвинения лег договор о комплексе услуг на рынке ценных бумаг, заключенный в 2003 году между «Куйбышевазотом» и Сбербанком. По этому договору банк должен был искать юридических и физических лиц, заинтересованных в приобретении у «КуАза» векселей Сбербанка, готовить все сопутствующие документы и производить мену этих векселей. «КуАз» обслуживался в Автозаводском отделении банка в Тольятти, который возглавляла Светлана Лисицына. В марте—мае 2010 года была совершена последняя сделка в рамках договора, в результате которой «Куйбышевазот» рассчитывал получить более 1,68 млрд руб. Однако мена векселей была выполнена частично, и предприятие получило лишь 40 млн руб. Ценные бумаги якобы «по неосмотрительности» банка попали к сомнительному контрагенту.

В сентябре 2012 года «КуАз» подал иск о взыскании с банка 1,68 млрд руб., впоследствии сумма иска была увеличена до 1,71 млрд. руб. Суд требования «КуАза» удовлетворил частично — на 1,69 млрд руб. Однако апелляционная инстанция это решение отменила и отказала в удовлетворении требований «КуАза». В ноябре 2014 года «Куйбышевазот» подал в арбитраж новый иск к Сбербанку, в котором хотел взыскать с него убытки по тем же договорам с векселями в размере 1,4 млрд руб. Но летом 2015 года «КуАз» отозвал свой иск.

Уголовное же дело было передано в суд в марте 2016 года. По версии обвинения, Лариса Смолева якобы ввела в заблуждение гендиректора «КуАза» Виктора Герасименко и таким образом, действуя в сговоре с другими фигурантами дела, инициировала подачу в арбитраж иска предприятия о взыскании со Сбербанка 1,68 млрд руб. с целью хищения средств кредитного учреждения. Фигуранты дела вины не признали. На их сторону встал и суд. На его решение повлияло то обстоятельство, что господин Герасименко опроверг информацию о том, что подача иска в арбитраж была инициирована госпожой Смолевой. Также суд пришел к выводу, что госпожа Смолева не могла единолично распоряжаться средствами, поступающими на счет «КуАза». «Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что у группы в составе Смолевой, Лисицыной и Герасимова отсутствует реальная возможность распоряжаться средствами, которые могли поступить в ОАО “Куйбышевазот”, в том числе по решению Арбитражного суда Самарской области от 13 сентября 2012 года по делу о взыскании со Сбербанка 1,68 млрд руб.»,— отметил суд и вынес оправдательный приговор.

Адвокат Ларисы Смолевой Сергей Карпов заявил, что в рамках судебного процесса были опровергнуты все доводы обвинения и что защита полностью удовлетворена вынесенным приговором. В Сбербанке от комментариев отказались. Председатель совета директоров ПАО «Куйбышевазот» Виктор Герасименко, в свою очередь, заметил: «Мы всегда были уверены в невиновности Ларисы Смолевой и рады, что суд во всем разобрался».