Верные руки: от каких активов избавились Тимченко и Ротенберги на фоне санкций

Каким бы успешным ни был предприниматель, рано или поздно его капиталы отправляются в путь: он передает управление, а то и расстается с активами. Причины могут быть разными: кто-то понимает, что годы берут свое, а в компании выросли сильные управленцы, кто-то — что пора передавать бизнес детям. Бывают трагические обстоятельства, а бывают такие, которые вынуждают расставаться с активами досрочно. Такое, как видится со стороны, досрочное расставание переживают два последних года близкие президенту Путину бизнесмены Геннадий Тимченко и Аркадий и Борис Ротенберги. Причиной стали санкции, наложенные на них США и ЕС за «нарушение суверенитета и территориальной целостности Украины». Первым их ввел 20 марта 2014 года президент США.

Тимченко и Аркадий Ротенберг отнеслись к ограничениям на поездки и бизнес с иронией, сообщало РИА Новости. «Надеюсь, что эти санкции являются оценкой моих заслуг перед Россией», — заявил Ротенберг «Интерфаксу». Однако через пару дней стало известно, что накануне объявления о внесении Тимченко в санкционный список он продал свои 43,59% нефтетрейдера Gunvor совладельцу компании Торбьерну Торн­квисту. Ирония иронией, но в самой компании «Ведомостям» пояснили, что акции были проданы «в ожидании возможных экономических санкций».

Дальше — больше. Тогда же, в марте, Тимченко продал своей бывшей компании Gunvor шведского лесозаготовителя Rorvik Timber и авиационные активы — доли в бизнес-терминалах аэропортов Шереметьево и Пулково и 97% финского оператора бизнес-джетов Airfix Aviation Oy (входившего в IPP Oil Products), которого купил финский партнер Кай Паананен. Затем пришел черед российских активов. Один из них, 30% «Русской аквакультуры», остался в семье: долю купил муж дочери Тимченко Ксении Глеб Франк (сын главы «Совкомфлота»). 17% «СИБУР Холдинга» достались тоже не чужому человеку — Кириллу Шамалову, сыну одного из основателей банка «Россия» и, как уверяет агентство Reuters, супругу старшей дочери Путина Катерины Тихоновой.

В марте нынешнего года стало известно, что Тимченко расстался с 12,5% страховой группы СОГАЗ, а в июле продал 25% + одну акцию СК «Мост» и 25% крупного подрядчика инфраструктурных проектов АРКС. Отец двух дочерей и 20-летнего сына, Тимченко, как бы объясняя, почему передал часть своих активов не им, признался ТАСС: «Не стоит оставлять своим детям слишком много. Необходимо правильно их воспитать, дать качественное образование, а дальше — сами».

Активы Ротенбергов, наоборот, остались в семье. Представитель братьев подчеркивал, что сыновья Аркадия и Бориса — Игорь и Роман — купили все по рыночной цене. «Когда человек платит свои деньги — это бизнес, осознание большой ответственности, — подтверждал в интервью «Интерфаксу» Аркадий Ротенберг. — А когда тебе что-то подарили, ты этих денег не ощущаешь». Его сыну Игорю перешли в июле 2014 года «ТПС Недвижимость», «ТЭК Мосэнерго» и «Газпром бурение», а в октябре — доля в «Мостотресте», которую в мае 2015 года он продал «ТФК-Финанс» (ее контролируют управляющие компании НПФ «Благосостояние»).

Общие бизнесы Тимченко и братьев Ротенбергов в Финляндии — управляющая компания Langvik Capital (100% гостиницы Langvik, 100% девелопера Tanskarlan Centrum) и 50% УК Arena Events (49% хоккейного клуба Jokerit и 50,5% его домашнего стадиона Hartwall Arena) перешли к сыну Бориса Роману.

Смена собственников произошла, и, казалось, у новых владельцев не должно быть причин переживать за судьбу своих компаний, однако, как выяснилось, у министерства финансов США другое мнение. Американские чиновники посчитали продажу некоторых активов Тимченко притворной. В июле 2015 года Минфин США ввел санкции против российских компаний и граждан, которые, как считали в Вашингтоне, были задействованы в схемах по обходу предыдущих ограничений. В расширенный список вошли родственники и деловые партнеры и Геннадия Тимченко, и Бориса Ротенберга. Кай Паананен, Airfix Aviation Oy, IPP Oil Products (Cyprus) и другие люди и компании попали под санкции с формулировкой «за предоставление материальной поддержки господину Тимченко». Как ни странно, ограничения не коснулись Игоря Ротенберга, сына старшего из братьев и основного бенефициара перераспределения отцовской собственности. А вот сын Бориса Роман, владелец финской Langvik, в список вошел.