Виктор Вексельберг впал в тотальный кризис

Председатель совета директоров «Реновы« Виктор Вексельберг рассказал Financial Times о том, как изменилась его жизнь, когда Минфин США в 2018 году ввел против него санкции. Это «первое большое интервью» миллиардера западному изданию c момента их введения, отмечает газета.

«Всю свою жизнь я пытался быть человеком мира... Я перевез всю семью в США, — рассказал Вексельберг. — Я никогда бы не смог предсказать, какой будет ситуация, в которой я теперь оказался».

Помимо запрета на ведение бизнеса с американцами и изоляцию от американской финансовой системы, Вексельберг столкнулся еще с другой проблемой из-за санкций — он не может приехать к дочери и внуку, живущим в Нью-Йорке, пишет FT.

«Люди спрашивают меня: «У тебя такой крупный российский бизнес, в России ты знаменитость, ты не попал под европейские санкции. Почему ты переживаешь? — рассказал Вексельберг. — Но для меня это тотальный жизненный кризис. Дело не в деньгах, не в бизнесе. Это вопрос личных обстоятельств... Для меня весь мир был полон возможностей. А что я могу теперь?»

«Я богат. И да, я знаком с Путиным»

Вексельберг настаивает, что не имеет никакого отношения к присоединению Крыма и вмешательству России в американские выборы 2016 года. Миллиардер признает, что до сих пор не понимает, почему против него ввели санкции: «Конечно, я встречался с Путиным. Но многие с ним встречались, причем делали это чаще, и у них было больше тем для обсуждения. Многие говорят мне, что дело в чем-то еще», — рассказал он газете.

«Я россиянин. Я богат. И да, я знаком с Путиным. Сегодня этого достаточно [для попадания под санкции]», — рассуждает Вексельберг.

Причиной могли стать попытки Вексельберга укрепить связи между США и Россией — в частности, он помогал организовать визит российской делегации в Кремниевую долину и выступал неофициальным медиатором между двумя странам в вопросах, связанных с технологической индустрией, пишет FT. Такие действия сделали миллиардера «слишком заметным» в период, когда Россию начали обвинять во вмешательстве в американские выборы, пишет газета. Вексельберг подогрел эти подозрения, придя на инаугурацию президента Трампа, отмечает FT.

Любопытство подвело

Сам Вексельберг утверждает, что пошел на инаугурацию из любопытства. «Когда Трамп выиграл выборы, я подумал: «Ладно, это новый парень, вокруг него много шума, это интересно. Если бы только я действительно понимал, насколько острой была политическая ситуация… насколько сильными были антироссийские настроения», — говорит бизнесмен.

Достать билет на церемонию Вексельбергу удалось не сразу — сначала он получил отказ от министра торговли Уилбура Росса. Тогда миллиардер обратился к своему двоюродному брату Эндрю Интратеру, который связался с Майклом Коэном — юристом Трампа, пишет FT.

«Господин Коэн попросил меня о встрече, потому что хотел узнать, кто станет гостем. Ведь это [получение билета] происходило через его канал», — рассказал Вексельберг F 11. Встреча произошла за неделю до инаугурации в нью-йоркской Trump Tower. «Это не было встречей в ресторане или чем-то подобным. У нас было официальное приглашение, охрана нас досмотрела, мы поднялись в офис господина Коэна в Trump Tower, — рассказал миллиардер. — Мы пожали руки, поговорили минут пятнадцать. Ничего особенного. Он не обсуждал со мной российский бизнес. Его интересовали только инвестиции в экономику США».

Санкции против Вексельберга

Минфин США включил Вексельберга и подконтрольную ему группу компаний «Ренова» в санкционный список в апреле 2018 года. Ведомство объясняло, что санкции против бизнесмена наложены из-за «ведения им деятельности в энергетическом секторе экономики России», а также из-за того, что «два близких к Вексельбергу человека были задержаны властями России за подкуп чиновников» (речь шла о совладельце и управляющем директоре «Реновы» Евгении Ольховике и гендиректоре энергокомпании «Т плюс» Борисе Вайнзихере).

Из-за санкций Вексельбергу пришлось снижать доли в подконтрольных ему швейцарских компаниях до уровня ниже 50%. «Ренова» продала 14,6% акций компании Sulzer за 545 млн швейцарских франков ($568 млн) самой Sulzer. Деньги из-за санкций были заблокированы на счетах в Швейцарии.

В декабре прошлого года Вексельберг обжаловал решение Минфина США о санкциях.

Олег Дерипаска

Состояние: $3,6 млрд

Потерял $3,1 млрд

Включение в санкционный список США дорого обошлось российскому миллиардеру. Его представители сумели договориться об исключении из санкционного списка компании En+ (объединяет долю в UC Rusal и энергетические активы), но он был вынужден передать около 22% своих акций в компании банку ВТБ. При этом сам Дерипаска остается в черном списке: персональные санкции запрещают ему получать дивиденды или продавать акции без разрешения американского казначейства; его активы и имущество в США арестованы.

Виктор Вексельберг

Состояние $11,5 млрд

Потерял $2,9 млрд

Владелец «Реновы» Виктор Вексельберг также попал под апрельские санкции США. Чтобы вывести из-под удара крупнейшие активы, бизнесмен был вынужден избавляться от их акций. «Ренова» снизила доли в компаниях Sulzer (с 63,42% до 48,83%), Oerlikon (с 43% до 19,9%), Schmolz + Bickenbach (с 26,9% до 12,6%), энергетической «Т плюс» (с 57,1% до 39,59%) и Уральском турбинном заводе (с 80% до 49%). 

Андрей Мельниченко

Состояние: $13,8 млрд

Потерял $1,7 млрд

Крупнейшие активы миллиардера («Еврохим», СУЭК и «Сибирская генерирующая компания») из года в год демонстрируют устойчивый рост, однако общеэкономическая конъюнктура дает о себе знать. Курс рубля в 2018 году ослабел на 15%, а вместе с ним — и оценка компаний.

Михаил Гуцериев

Состояние: $3,7 млрд

Потерял $1,1 млн

В начале 2019 года стало известно, что Михаил Гуцериев передал своему сыну Саиду долю в компании «Сафмар финансовые инвестиции» — теперь последнему принадлежит 30,9% акций холдинга, объединяющего пенсионные фонды, долю в страховой компании ВСК и лизинговую компанию «Европлан». Кроме того, в прошлом году Гуцериевы объединили ретейлеров «Эльдорадо» и «М.Видео», но котировки последнего на бирже после этого не выросли. 

Александр Светаков

Состояние: $2,5 млрд

Потерял $800 млн

Александр Светаков — владелец инвестиционной группы «Абсолют», созданной на базе одноименного торгового дома. Недавно Светаков устроил крупную распродажу: продал торговый дом, а также 270 000 кв. м офисных площадей класса В и С. 

Дмитрий Каменщик

Состояние: $2,8 млрд

Потерял $700 млн

Дмитрий Каменщик владеет 100% группы DME, в которую входит аэропорт Домодедово. В августе РБК сообщил о поисках претендентов на покупку Домодедово. В пресс-службе DME это опровергали.

Искандер Махмудов

Состояние: $6,6 млрд

Потерял $700 млн

Искандер Махмудов владеет пакетами акций УГМК, «Кузбассразрезугля» и «Трансмашхолдинга».

Александр Джапаридзе

Состояние: $1 млрд

Потерял $600 млн

Александру Джапаридзе принадлежит 30,2% буровой компании Eurasia Drilling Company (EDC). C 2017 года нефтесервисная Schlumberger пытается купить 51% акций EDC, но российские власти упорно отказываются согласовывать сделку.

Мегдет Рахимкулов

Состояние: $1,3 млрд

Потерял $600 млн

Бывший глава представительства «Газпрома» в Венгрии владеет пакетами акций венгерского OTP Bank и нефтяной компании MOL. Активами управляет семейная компаний Kafajat Kft.

Владимир Евтушенков

Состояние: $1,5 млрд

Потерял $500 млн

За минувший год существенно — почти на 25% — просели котировки ключевого актива Владимира Евтушенкова — АФК «Система» (объединяет контрольные пакеты МТС, «Детского мира», сети клиник «Медси» и пр). Впрочем, это падение не идет ни в какое сравнение с почти четырехкратным обвалом акций корпорации в 2014 году, когда Евтушенков три месяца находился под домашним арестом и лишился своего ключевого актива — «Башнефти».