За страховой компанией «Капитал лайф» разглядели тень Хачатурова

«Абсолютно ответственно заявляю: Евгений Гинер не является владельцем «Капитал лайф страхование жизни», – заявил в интервью «Ведомостям» председатель правления банка «Открытие» и совета директоров «Росгосстраха» (РГС) Михаил Задорнов.

Эта компания раньше называлась «РГС жизнь» и принадлежала бывшему собственнику РГС Данилу Хачатурову. Она не вошла в сделку по передаче РГС группе «Открытие» Вадима Беляева – Хачатуров незадолго до нее продал «РГС жизнь» своему другу Алхасу Сангулии. Вскоре после объединения РГС и «Открытия» ЦБ забрал банк на санацию. Президент ПФК ЦСКА Евгений Гинер появился в этой истории неожиданно: в апреле 2018 г. он объявил себя президентом и хозяином «РГС жизни». Он объяснял, что права собственности на «РГС жизнь» получил еще в конце 2015 г. по английскому праву, а в 2018 г. начал оформлять собственность на компанию по российскому законодательству.

Едва возглавив «Открытие», Задорнов потребовал передать банку «РГС жизнь». По условиям сделки Хачатурова с Беляевым компания за символическую сумму получила право пользоваться брендом «Росгосстраха» и эксклюзивное право продавать полисы в сети «Открытия». Банк прекратил продажу полисов, а РГС подал к бывшей сестринской компании иск на 151 млрд руб. за использование своего товарного знака. Компания сменила название. Суды по этому иску и ряду других, которые также связаны со сделкой Хачатурова с Беляевым, тянутся до сих пор. Гинер называл эти действия «неприкрытым рейдерством».

Задорнов, страстный болельщик ЦСКА, уверен, что Гинер здесь не более чем посредник, а владельцем «Капитал лайф страхование жизни» по-прежнему является «человек, за которым стоит Данил Хачатуров». Если Гинер с упорством будет повторять, что «является владельцем», он им все равно не станет, отметил Задорнов. По данным СПАРК и кипрского реестра, Сангулия через ООО «Лайф инвест» владеет 90,1% «Капитал лайф страхование жизни», Гинер напрямую – 3,07% и еще 6,83% – у ООО «Союз», крупнейшим владельцем которого является Гинер (96,1%).

«Без малого два года, как я хозяин компании, но не хотел портить ей резюме, так как я с Украины и такое слово модное, которое вы все хорошо знаете, – комплаенс у меня не самый лучший. Поэтому все время прятался, чтобы меньше знали и меньше на компанию нападали». Апрель 2018 г.

Отказ «Открытия» выполнять условия сделки Беляева с Хачатуровым Задорнов объясняет тем, что она заключалась фактически между двумя банкротами. Он аргументирует это их уточненной отчетностью за 2016–2017 гг.: по МСФО, у РГС в 2016 г. был убыток в 30 млрд руб., а «неэффективное управление компанией и вывод из нее активов» в 2017 г. увеличили ее убытки до 60 млрд. Убыток «Открытия» за 2017 г. по МСФО составил 310 млрд руб. Активы Хачатурова должны были стать частью конкурсной массы РГС при его банкротстве, подводит итог Задорнов: «Ну какая может быть сделка между бизнесменами, прекрасно понимающими свое положение».

Проведенный по заказу «Открытия» перед сделкой аудит РГС подтвердил адекватность резервов страховщика и соответствие нормативам ЦБ, напомнил Хачатуров. Он усомнился в адекватности Задорнова и отказался в который раз комментировать «бред человека, с которым мы никогда дела не имели, никаких сделок не заключали, который пришел через год после моего ухода из компании и решил, что все предыдущие до него люди в «Открытии» и ЦБ были неадекватными», и посоветовал ему заниматься «триллионами, выделенными ему на санации банков».

Убыток – это всего лишь финансовый показатель компании, который, какого бы он ни был размера, не означает банкротного состояния, пока активы достаточны для покрытия всех требований кредиторов, говорит партнер FMG Group Николай Коленчук. Активы у РГС были (154 млрд руб. на 2017 г.), каждый из них имеет заложенную стоимость, и говорить можно только о том, насколько она объективна. Знал ли Хачатуров о реальной оценке активов бизнеса, которым распоряжался, или нет – не установлено, а Задорнов этот момент аккуратно обошел, указывает Коленчук. Убыток, даже на протяжении нескольких лет подряд, не является поводом для банкротства, согласен партнер фирмы «Рустам Курмаев и партнеры» Дмитрий Клеточкин: компания может быть дофинансирована учредителями или рассчитывать на прибыль в будущем. Пока организация исполняет свои обязательства, оснований для банкротства нет, продолжает он.