«Зерно Сибири» проросло уголовным делом

Один из непосредственных участников и, как утверждает следствие, основное действующее лицо этого дела, депутат Госдумы трех созывов Александр Четвериков опубликовал в соцсетях новые подробности дела о хищениях в компании «Зерно Сибири». Поводом для очередной публикации стало появление в правительстве Омской области бывшего силовика Алексея Кубица.

17 октября Кубиц назначен министром региональной безопасности. Ранее он уволился с должности заместителя начальника управления по оперативной работе УМВД Омской области, на которой работал с апреля 2020 года – как раз с той поры, когда и началась эпопея с «Зерном Сибири». Именно с общей работы над формированием уголовного дела о хищениях в логистической компании и началось «сотрудничество» омского губернатора Александра Буркова и полицейского начальника, считает Александр Четвериков.

Casus belli

Амбициозный проект создания логистической компании «Зерно Сибири» практически с самого начала стал обрастать скандальной славой. Идея заключалась в том, чтобы помочь сибирским хлеборобам продавать свою продукцию по справедливым ценам, наладив поставки на рынки Юго-Восточной Азии по Иртышу и Оби в Салехард. Затем зерно должно было транспортироваться по Северному морскому пути во Владивосток, и уже оттуда доставляться конечному потребителю. Омский губернатор активно пиарил проект, и о нем даже стало известно президенту.

Однако уже в декабре 2019 года, всего через месяц после создания компании, идеолог проекта Александр Четвериков вышел из совета директоров, заявив о разногласиях с Александром Бурковым. Со стороны Четверикова также прозвучали обвинения в вымогательстве в адрес Буркова. После этого и началась история с обвинением в хищениях в «Зерне Сибири» и уголовным преследованием Четверикова и еще троих наемных менеджеров – Алексея Секачёва, Максима Плужникова и Станислава Сауты. Любопытно, что якобы похищенная сумма в 98,9 млн рублей, названная в начале, затем необъяснимо сократилась до 25 млн рублей. При этом до сих пор нет документальных подтверждений ни первой, ни второй суммы.

Ситуация развивалась примерно так: Бурков обиделся на Четверикова, поскольку тот сорвал ему приобретение по дешевке одного из крупнейших в регионе сельхозпредприятий – СХКП «Украинское», сулившее огромную наживу. Изначально партнеры договаривались, что в нужный момент Четвериков войдет в бизнес деньгами и получит 50% доли, а вторые 50% будут обеспечены губернаторским административным ресурсом Буркова. Но Бурков, видимо, и спланировал такую форму инвестирования, которая не предполагает ни возврата средств, ни прибыли, ни контроля за имуществом. Все, что можно было сделать – это передать свою долю самому предприятию или продать ее второму партнеру по номинальной цене 50 тысяч рублей. Для сравнения, предполагаемый объем инвестиций оценивался в 210 млн рублей. Четверикова такие условия не устроили, а давление и угрозы Буркова он назвал вымогательством.

«Когда стало понятно, что денег Бурков не получит, – пишет Четвериков в «ВК», – организацию и фальсификацию уголовного дела по собственной инициативе взял на себя Константин Комиссовский». Об этом «проверенном товарище» Буркова «Версия» уже писала ранее.

Комиссовский подключил к делу «нужного человека», которым оказался замначальника УВД Омской области по оперативной работе Алексей Кубиц, к тому же земляк «Конечно, Комиссовский знал, что реально как за мной, так, впрочем, и остальными тремя подсудимыми, чьи судьбы висят на волоске, так как отвечают они по статье, где предусмотрено до 10 лет лишения свободы, нет преступлений, – высказывает мнение Четвериков. – Он врал Кубицу осмысленно, прикрываясь государственными интересами и сетуя на нерасторопность системы. Доводы Комиссовского убедили Кубица, и он вспомнил о своем наставнике, много лет находящемся на пенсии бывшем зам начальника Омского УВД полковнике Сахарове С.В. Видимо, не доверяя действующим сотрудникам, Кубиц свел Константина Комиссовкого и бывшего главу уголовного розыска Сахарова для внедрения последнего в АО ЛК «Зерно Сибири», где требовалось найти или создать фактуру для будущего уголовного дела».

Дальнейшее было, как говорится, делом техники. Александр Четвериков продолжает свое повествование: «За данную услугу Сахарову С.В., кроме самого по себе факта возврата в тираж из пенсионной жизни, положили жалованье 130 тысяч рублей в месяц, конечно же, за счет средств государственной компании. Были обещаны и другие дополнительные стимулы успеха. Сахаров взялся за дело, тем более коллектив «Зерна Сибири» – это зависимые люди с хорошей зарплатой, способные написать все, что попросишь. В кратчайшие сроки были собраны свидетельские показания. По старым связям удалось склонить к сотрудничеству замдиректора по экономике и финансам «Зерна Сибири» Кухтину Марину, а через нее «поработать» с зам начальника юридического управления Максимом Беккером, зам начальника управления логистики Владиславом Голашевым и некоторыми другими, на чьих показаниях Сахаров сочинил невообразимую историю уголовного дела о мошенническом хищении 98 миллионов у «Зерна Сибири» с помощью ОПГ из четырех человек под руководством члена Совета директоров Четверикова».

Созданная в УВД следственная группа, предполагает Александр Четвериков, по неформальному поручению подчинялась Сахарову, который, в свою очередь, отчитывался перед Комиссовским. Однако спустя год расследования уголовного дела и формирования обвинения в явно нужном виде, то есть по серьезной статье с большим сроком наказания, «внезапно» выяснилось, что основной фигурант Четвериков является депутатом, а следовательно – субъектом, по которому дела должны расследоваться в особом порядке и только Следственным комитетом. И Кубиц, по мнению бывшего депутата, попросил помочь своего приятеля, замначальника СК по Омской области Владислава Бражникова. Дело было принято и передано Владиславу Понуровскому, который якобы просто поставил свою подпись на обвинительном заключении и прочих документах, необходимых для передачи дела в прокуратуру и далее в суд. Назначенный в июне 2020 года прокурором Омской области курянин Николай Студеникин, по всей видимости имевший давние обиды на Четверикова, не упустил такого случая их припомнить. Таким образом дело оказалось в Куйбышевском районном суде на рассмотрении судьи Р. Хасаншина.

Главный довод обвинения – обеспечение платежей в компании обманным путем. То есть по существу получается, что обвиняемые обманывали сами себя? Также обвинение считает, что «в результате преступной деятельности обвиняемых не были обеспечены продовольственная безопасность России и паритет цен на зерновых рынках». При этом в обвинении нет никакой информации о том, какую же выгоду получили обвиняемые, равно как и нет доказательств причиненного ими ущерба.

Тянем – потянем…

На данный момент срок судебного следствия продлен до середины 2023 года. Учитывая, что в сентябре 2023 года должны состояться очередные выборы главы Омской области, информация, публикуемая Александром Четвериковым, представляет особенный интерес, поскольку может повлиять на ход следствия. Не стоит оставлять без внимания и кадровые перестановки в регионе: Кубиц уже не работает в УВД, Бражников уволен из СКР, Студеникин отправлен на пенсию. Но дело их пока еще живет. Хочется верить, что суд понимает истинную картину. Ведь, как отметил президент России Владимир Путин в недавнем выступлении перед судьями, «сегодняшние проблемы и угрозы для РФ не должны служить оправданием для поверхностного и обвинительного подхода в работе судов и следствия».

Уже более трех лет борются за свою свободу трое подследственных: Алексей Секачёв, Максим Плужников, Станислав Саута. Четвериков А.В. вместе с женой и тремя малолетними детьми уехал за рубеж вынужденно, не потому что предатель или иноагент, а потому что жизнь одна и очень коротка, чтобы провести ее в тюрьме. Созданный им перспективный проект логистики в Сибири и на Дальнем Востоке оказался не реализован в силу вышеуказанных событий. Деньги из государственного бюджета в размере 286 миллионов, которые губернатор Бурков инвестировал в личных интересах в «Зерно Сибири», уменьшаются и тратятся, а само «Зерно Сибири», из когда-то многообещающего предприятие превратилось в ничего не значащее.

Получается, что, пока президент говорит о помощи бизнесу и смягчении отношения к подозреваемым по экономическим преступлениям, отдельные сотрудники продолжают устраивать «перегибы на местах» то ли в целях личной мести, то ли ради шантажа.