Из Галкина, Пугачевой и Киркорова сложили убийственный треугольник

Как стало известно “Ъ”, один из фигурантов уголовного дела о подготовке теракта на концерте Филиппа Киркорова в июле 2017 года в Махачкале, расследование которого завершило МВД Дагестана, дал показания о том, что это было покушение на заказное убийство. В качестве заказчика он назвал шоумена Максима Галкина, якобы приревновавшего господина Киркорова к Алле Пугачевой. В допросе всех троих и очных ставках с ними МВД Дагестана отказало, сочтя это попыткой обвиняемого уйти от ответственности и затянуть следствие. Защита собирается обжаловать отказ в Генпрокуратуре. Сам Максим Галкин комментировать события в Дагестане не стал.

Как сообщил “Ъ” адвокат Исрафил Гададов, представляющий интересы одного из четырех обвиняемых, 20-летнего уроженца села Рича Агульского района Дагестана Хидирнеби Казуева, еще в конце декабря прошлого года следователь МВД, занимавшаяся уголовным делом, отказалась инкриминировать фигурантам приготовление к совершению теракта на концерте Филиппа Киркорова — в связи с отсутствием состава преступления. Однако 4 марта предполагаемым членам ячейки запрещенного в России «Исламского государства» (ИГ) было предъявлено обвинение в окончательной редакции — в прохождении обучения в целях осуществления террористической деятельности (ст. 205.3 УК), организации и участии в террористическом сообществе (ст. 205.4 УК), подготовке теракта (ст. 30 и ст.205 УК), создании и участии в незаконном вооруженном формировании (ст. 208 УК), а также незаконном обороте взрывчатых веществ (ст. 222 УК) и пособничестве в их изготовлении (ст. 223.1 УК).

По версии следователя МВД, Хидирнеби Казуев и приехавший в столицу Дагестана из села Тукуй-Мектеб Нефтекумского района Ставропольского края Габибула Халдузов, работавшие на стройке в Махачкале, создали ячейку в октябре 2016 года. В мае следующего года к ним присоединился житель села Картас-Казмаляр Магарамкентского района Самир Ибрагимов. Примерно в это же время, считают в МВД, они стали обсуждать план совершения теракта на концерте Филиппа Киркорова, который был анонсирован на 6 июля.

Казуев приобрел необходимые компоненты (помог ему в этом четвертый фигурант дела — Шамиль Магомедов, купивший канистру ацетона, выяснили следователи) и изготовил пять бомб, две из которых были снабжены поражающими элементами — металлическими шариками, саморезами, гайками и шайбами. В конце мая две бомбы малой мощности были подорваны в испытательных целях — и члены группы убедились в их пригодности.

В начале июня члены группы дали байат (присягу) на верность лидеру ИГ Абу Бакру аль-Багдади. Однако «реализовать задуманное им не удалось, поскольку территория ресторана “Хазар”, где проходил концерт, охранялась сотрудниками полиции, и они не смогли должным образом подготовиться, чтобы проникнуть на него», гласит вывод в постановлении следователя о привлечении в качестве обвиняемого.

Сами фигуранты отрицают свою вину в подготовке к теракту. Более того, Хидирнеби Казуев на допросе 4 марта, уже после предъявления ему окончательного обвинения, неожиданно заявил, что планировал не теракт, а убийство певца — якобы по заказу Максима Галкина.

По версии Казуева, в начале 2017 года, когда он был в Москве, «к нему подошел артист Максим Галкин, который предложил ему за 2 млн руб. совершить убийство артиста Киркорова» — на почве ревности к Алле Пугачевой, сделал вывод из якобы состоявшегося разговора дагестанец. Казуев утверждает, что ответил согласием, и тогда ему якобы передали в качестве аванса 1 млн руб., телефон Nokia и сим-карту. Позднее, утверждал Казуев, он отказался от плана, опасаясь, что «могут пострадать много людей». Полученные же деньги он истратил на покупку компонентов для изготовления взрывных устройств.

Хидирнеби Казуев ходатайствовал о допросе в качестве свидетелей господ Галкина и Киркорова, а также Аллы Пугачевой, и проведении очных ставок с ними. Следователь МВД пришла к выводу, что эти показания даны «с целью необоснованно затянуть ход расследования по делу», объективно ничем не подтверждаются, и отклонила ходатайство.

Это не моя тема,— сказал Максим Галкин, узнав о показаниях обвиняемого от “Ъ”,— я комментировать ничего не могу».

В свою очередь, адвокат Гададов сообщил “Ъ”, что будет добиваться проверки версии, изложенной его подзащитным, а для этого обратится в Гепрокуратуру с просьбой передать расследование этого дела в Следственный комитет.